— Отдай, — поник тот головой. И добавил, что показалось мне оскорбительным: — Свои.

Горсть патронов перекочевала ко мне в карман.

— Пойдем передохнем, Боря! — обнял я за плечи обмякшего Ямковецкого, опасаясь, как бы потом не пришлось искать его баграми.

Он двинулся в направлении капитанской каюты. Несколько пар глаз провожали нас напряженными взглядами. Развитое шестое чувство и отменное боковое зрение позволяли мне контролировать ситуацию, но если бы за бортом вдруг всплеснула рыбина — это послужило бы командой «К бою!».

Шли мы инсепарабль, как близнецы-братья, так что, в случае чего, продырявили бы обоих, но едва ли мне от такой компании стало бы легче.

В каюте спала Давыдова. Ямковецкий потрепал ее по щекам. Спросонья она не поняла, что происходит, уставилась на нас металлическими глазами.

— Не будете ли вы так любезны, Евгения Васильевна, принести нам по стаканчику бургундского из погреба? — попросил я.

Она посмотрела на Ямковецкого.

— Пошла вон! — перевел он и плюхнулся в глубокое кресло у иллюминатора.

Фыркнув, Давыдова ретировалась.

— Что в этом «чемодане»? — ткнул я револьверным стволом в стенной сейф,

— Не знаю.

— У кого ключ?

— У капитана.

— Зови капитана.

Он снял трубку с аппарата без номеронабирателя.

— Зайди! — не то приказал, не то попросил. — Дурак ты, — сказал мне беззлобно. — Сам не ведаешь, что творишь. Майвин тебя в живых не оставит, руки у него длинные. А за ним такие люди стоят, что никто тебе не поможет. Всю оставшуюся жизнь будешь в подполе прятаться, если уцелеешь.

Дело все равно замнут, даже если понадобится сместить Генерального прокурора. И премьера, понадобится, подвинут…

— Ладно, хватит, ты мне надоел, кинг-спаниель, — отмахнулся я стволом. — На скамье подсудимых эти байки рассказывать будешь. Но отправлю тебя туда не я — я работаю на клиента, как ты уже, наверно, понял. А теперь дай-ка мне эту дискету!..

Отдавать то, что он называл «ключом от сейфа, где деньги лежат», ему очень не хотелось.

Он сделал попытку обмануть меня — нехотя полез в карман, рассчитывая усыпить бдительность, а потом вдруг вскочил со звериным рыком и… заставил меня посадить его на место ударом револьвера по точке «тянь-ляо» (анатомическая топография: в центре ямки под отростком лопатки; основное действие: боль и временный паралич плечевого сплетения).

Когда он расслабился, в каюту вошел капитан-директор плавучего речного кабака, похожий на повара и космонавта одновременно.