Захар Беленки прошел длинный путь от беспризорника до главы многомиллионной корпорации, и все это лишь для того, чтобы отомстить семье, которая отказалась от него. Он собирается уничтожить любимое детище своих родителей: известный на весь мир Дом моды Коловски, но на пути к достижению этой цели возникает неожиданное препятствие — личная ассистентка Лавиния. Ее искренность, честность и любовь к Дому Коловски будят в Захаре сомнения и… страсть.

Захар Беленки мог бы пройтись пешком, ведь офис Дома моды Коловски находился всего в паре кварталов от шикарного отеля, на ближайшие пару недель ставшего ему домом, или, избегая внимания докучливой прессы, воспользоваться частным вертолетом и совершить непродолжительный полет в безоблачном небе Мельбурна. Но он предпочел вызвать водителя.

Садясь в сверкающий на солнце лимузин, Захар едва заметно улыбнулся. Как же долго он ждал этого момента. Мечты о дне, когда он добьется успеха и возьмет свое, придавали ему сил в самые темные и беспросветные моменты юности. И вот наконец день его триумфа настал.

Следуя указаниям Захара, водитель выбрал окружной путь. Прохожие, прогуливавшиеся по узким, пестрящим витринами элитных магазинов улочкам, оборачивались, увидев тонированные стекла шикарного лимузина.

Через несколько минут водитель притормозил у бутика Дома Коловски. Небесно-голубой особняк с золотым логотипом одного из самых известных в мире домов моды над входом притягивал взгляд. Любая женщина была бы счастлива иметь в своем гардеробе вещь с этим золотым вензелем на ярлычке. Витрины бутиков Дома Коловски всегда были оформлены в едином стиле: тяжелые складки голубого шелка и большой опал, мерцающий в утреннем свете. С эстетической точки зрения, витрина была эталоном элегантности, но Захар, глядя на нее, испытывал лишь злость.

— Проезжай, — приказал он водителю, и лимузин тронулся.

Перед входом в главный офис Дома Коловски его уже ждала толпа журналистов. Объективы всех камер были нацелены на Захара, но ему не было до этого дела. Невероятно богатый и привлекательный, встречавшийся с первыми красавицами Европы, он привык к вниманию прессы.

Обычно Захара раздражало вмешательство журналистов в его личную жизнь, но только не сегодня. Ему было приятно представлять, как семейство Коловски садится завтракать, включает новости, а там… он. Захар надеялся, что утренние тосты встанут у них поперек горла.

Стоило ему выйти из машины, как журналисты набросились на него хищной многоголосой стаей. «Перешел ли Дом Коловски в ваше владение, или вы здесь только на время медового месяца Алексея Коловски?», «Понравилась ли вам свадьба?», «Где Нина, глава семьи?», «Что вас связывает с семейством Коловски?».