— Если бы не…, то ты бы…! И тогда бы тебе…, а не ресторан плавучий! Тогда бы тебе полный…, а не соленый огурец! Потому что как только ты…, так за тобой…! А Давыдову и Матюшина… но ты об этом не сказал ни слова… такая! Предателей уничтожают?! А стукачей…, и… — тоже! Если хочешь, я сейчас твоему холую Эдику Потоцких расскажу, как ты…! И тогда тебе…, и твоему «ключику»… —..! Хочешь ты этого, нет?! А то…, я могу и…! Даром, что связанный и избитый!.. Давай своих…, я с ними покалякаю…! Ты меня за… принимаешь?!. А Беса ты не помнишь?! Думаешь… такой, я не знаю…, где… добыл?..

Текст я заготовил заранее, еще в Библиотеке им. В.И. Ленина, по словарям блатного жаргона. Сейчас же он пригодился мне для того, чтобы распутать веревку на руках, затянутую бандитами Ямковецкого в предвкушении сытного обеда не слишком туго. Тем более что я убедительно изобразил состояние невменяемости, избитости и полного отсутствия счастья.

По-моему, он протрезвел.

— Во-он отсюда все!!! — вскочив, заорал благим матом. — Во-он!!!

Два охранника — рослый с волосатыми руками и жабоподобный — принялись выводить уставших от гостеприимства гостей на верхнюю палубу.

Через минуту мы остались одни. Ямковецкий запер кают-компанию на ключ и, тяжело дыша, словно проделал грандиозную работу по очистке авгиевых конюшен, уставился на меня.

— Не знаю я никакого Беса! — сказал подозрительно. — Ты это о чем?

— О Грише Потоцких, которого ты гэбэшникам сдал! О Звере, за которого тебе сибиряки пасть порвут. О дочери твоей, которая тебе разве что как «ключик» от сейфа нужна и о которой ты никогда не заботился. Зачем тебе деньги, урка с водокачки?! Зачем ты свой предпринимательский талант по ветру развеял?! Чтобы кабак за тобой на зону приплыл?.

. Так тут ума много не надо, не ты первый! Тебе и нужно-то было всего сто баксов, чтобы нажраться в кабаке, а ты — сто миллионов!.. Самолюбие свое тешишь?.. А ну как братва твоя узнает, что ты с Колей Щусем, тогда еще капитаном КГБ, наркоту на кредит из банка Майвина отоварил?! Ты же ссученный! Сука ты, понял, Ямковецкий?! Ты же с гэбэшниками дела проворачивал, братву пачками сдавал! Это же с санкции ГБ администрация лагеря с тобой на сделку пошла, полковник Кошиц тебя у них одолжил, а не ты себя за пай в «общаке» выкупил! И он тебя ждет!

— Брешешь, падла!! — Ямковецкий налетел на меня, как вихрь на одуванчик.

Я даже порадоваться за свой оправдавшийся расчет не сумел.

Пока я вешал ему лапшу на уши, мне удалось распугать веревку на руках, я вскочил, когда между нами оставалось полтора миллиметра, и ударил его под дых. Сделал я это опрометчиво, потому что когда на мой удар нарывались мастера первых трех данов таэквондо, поединки прекращали за явным преимуществом, а тут — урка гнилой, в тюрьмах выморенный.