— Десять лет тому, наверное!

— Вот-вот! — сказал Цимох. — Десять лет! Да, с той поры ничего такого уже не было, не жрал цмок никого из панов, потому как твой отец, ясновельможный пан князь, сто лет ему еще жить-здравствовать, запретил панам на него охоту ладить! Всем запретил. Думаю, и тебе тоже не позволял и не позволит. Тогда какой был цмок? Трехголовый, паночек! Одной головой сожрал того Миколу, второй — его коня, а третьей — всех его собак. Было такое, пан?

— Я не видел!

— А твой отец? А остальное панство? Тогда их собралось — ого! Со всей округи. Тоже смеялись, помню я, тоже шпыняли меня, тоже кричали: «Веди, хлоп! Скорей!» А что они после того кричали, когда цмок пана Миколу заел? И ты еще теперь… И-и-и, паночек! Смерти моей хочешь? Ведь что мне старый князь назавтра скажет? А скажет так: «Ты безголовый был, Цимох, так и теперь безголовый ходи!» И саблей — ш-шах! Так, Змицер, а?

Змицер молчал, только пожал плечами.

Пан Михал тоже некоторое время молчал, потом сказал задумчиво:"

"— Трехголовый — это им от страха тогда показалось. Да и пьяные они все были. Я у них спрашивал.

После этого пан Михал опять крепко задумался и долго молчал. Потом пристально посмотрел на Цимоха и сказал:

— Вижу я, ты, Цимох, свою службу исполняешь четко. Нельзя — значит, нельзя. Ну а если не охотиться, а просто посмотреть, это можно?

Цимох ничего не ответил. Тогда пан Михал спросил напрямую:

— А отвести меня к цмоку можешь? Чтобы я только посмотрел на него, и все? Это можно, Цимох? Чтобы я в него поверил?

— Поверил. О! — сказал Цимох. — Я-то могу поверить, я чего. А цмока не обманешь, паныч. Цмок твое нутро сразу учует. Не боишься?

— К чему ты это клонишь, хлоп?! — гневно вскричал пан Михал.

— А к тому, еще раз повторю, что цмока не обманешь, пан. Цмок — это тебе не хлопы, понял? — храбро ответил старый полесовщик. — И не хватайся, пан, за саблю. Я твоей сабли не боюсь. Ну, зарубишь ты меня, а дальше что? Старый князь про это узнает и скажет: «Вот добрый был слуга старый Цимох! Не повел моего дурня на верную смерть, спас мне сына Цимох. А ну, слуги мои верные, выдайте старой Цимошихе новый кожух, обшитый бисером, да бурки новые, да нитку бус!» Так будет, Змицер, а?

— Так! — сказал Змицер. — Так, Цимох! — А после решительно, даже отчаянно посмотрел на своего господина и только было снова открыл рот, как пан Михал гневно ударил кулаком по столу, и Змицер промолчал. И опустил голову. И не поднимал ее уже до самого конца разговора.

Правда, сам дальнейший разговор был достаточно краток. Цимох в самых зловещих выражениях предупредил юного княжича о том, что этот загадочный цмок обладает невероятно чутким нюхом, он-де всегда безошибочно вынюхивает ту причину, с которой приходят к нему те или иные люди.