Тогда пан Михал продолжил:

— Слушай меня, дикарь! И ты, Змицер! И ты, женщина, тоже! Я опять говорю. Никогда нигде никаких цмоков, никаких леших, упырей и русалок не было, а были только динозаврусы, это такие дикие древние звери. А потом их срок прошел, все они вымерли. Везде, где мы с посольством ездили, их давно уже нет. Ну, только иногда кости от них находят, шерсть. Тамошние ученые люди очень этим всем интересуются, говорят, если знать, как раньше было, какая раньше жизнь была, тогда можно точно сказать, какая дальше будет жизнь, что нас ждет. Предсказания, поняли? И вот, когда я там у них был, они мне и чучела всякие показывали, и в книгах про тех динозаврусов читали, а я им про нашего этого зверя рассказывал, и они сразу догадались, кто это, и говорили: «Михал, привези его, хоть живого, хоть мертвого, это будет для нашей науки великая польза, а тебе большой почет, а тому, кто тебе поможет этого диковинного, может, последнего на всей земле зверя добыть, тому мы огромные деньги отвалим, так ты ему, Михал, и скажи, мол, не робей, Цимох…»

Но тут пан Михал, поняв, что перестарался, замолчал и испытующе посмотрел на Цимоха. Цимох молчал. Тогда Михал спросил:

— Понял меня?

Цимох снова ничего не ответил. Зато старая Цимошиха, до этого скромно стоявшая в углу, вдруг тихо запричитала:

— Паныч, паныч мой ясновельможный! Такой ты молодой, красивенький, зачем тебе тот цмок? Езжай, паныч, домой, скажи, чтобы тебя женили, чтоб дали тебе в жены панну распрекрасную с очами синими…

— Ат! — гневно выкрикнул Цимох.

Цимошиха не посмела его ослушаться и тотчас замолчала. Тогда Цимох еще раз многозначительно посмотрел на нее, и Цимошиха вовсе скрылась за печью. После чего Цимох нервно откашлялся, оборотился к пану Михалу и сказал так:

— Две недели тому я опять пришел на старые вырубки и видел там его следы. Следы были очень большие. От лап вот такие следы, — тут он показал на столешнице, какие это были следы, выходило, что почти по два локтя длиной, никак не меньше. — А еще был след от брюха, — продолжил Цимох. — Это как будто двух волов тащили. Там все кусты поломаны. Как тебе это, пан?

Однако пан Михал только усмехнулся в ответ. Да только Цимоха подобное недоверие нисколько не смутило. Он продолжал:

— Этой весной у Петрока Дуды корова потерялась. Петрок пришел ко мне. Мы ходили, искали. Только кости нашли. И череп, кем-то перекушенный. Вот так вот, надвое! Все это, паныч, цмок, там и следы его были, тоже громадные. Я Петроку сказал: «Уйдем, Петрок, а не то мало ли!» И мы ушли. Только он не послушал меня. Назавтра он один туда пошел. И по сегодняшний день не вернулся. И ничего мы от него не нашли. Змицер, слыхал про то?

Змицер кивнул.

— А про пана Миколу слыхал? И ты, паныч, я знаю, слыхал!

— Так то было когда еще! — рассерженно сказал пан Михал.