Спать я пока не могу, хотя под теплое тяжелое одеяло залезаю с превеликим удовольствием.

В комнате горит яркая люстра. Украдкой гляжу на то, как муж снимает с себя лохмотья окровавленной некогда белоснежной рубашки.

Его раскаченный торс в крови и в ранах. Он садится спиной ко мне, и я едва ли не вскрикиваю. Спина пострадала больше всего. Неудивительно, ведь он прикрывал меня ею. И основной удар пришелся именно на спину.

— Матерь Божья… — бормочет врач, присвистывая. — Константин Романович, все еще хуже, чем я думал.

— Жить хоть буду? — хмыкает Харитонов.

— Будете! — уверенно отвечает Богданыч. — Раны рваные. Надо достать осколки и подлатать кое-где.

— Латай! — милостиво разрешает Харитонов.

Я просто поражаюсь спокойной выдержке этого мужчины. Я прекрасно вижу, что творится с его спиной. Насколько она ранена и изрешечена. Я представляю себе, как это больно. Но Харитонов разговаривает так, будто это для него обычное дело, и он нисколько не испугался покушения.

— Давайте я вам обезбол вколю. — лезет в чемоданчик доктор.

— Так латай! — останавливает его Харитонов.

— Вы… уверены? — поправляет оправу очков доктор. — Тут работы на несколько часов.

— Да лепи уже, док! — приказывает Харитонов. — А я свою выдержку потренирую.

Муж сидит ко мне спиной. Я вижу, как врач начинает осторожно вытаскивать осколки из его ран. Я вижу, как Харитонов лишь изредка морщится, да, как белеют костяшки пальцев на его кулаках.

Ну надо же, какой удивительный мужчина! Так мужественно переносит такую боль.

Не знаю в какой момент, но я засыпаю. Наверно успокоительное, вколотое мне ранее начинает действовать.

— Всё готово, Константин Романович. — слышу я сквозь дрёму. — Теперь нога. А она у вас сломана!

— … серьезно? А я думаю, чего она так плохо гнётся!

— Гипс надо, Константин Романович.

— Не! Скажи моим, пусть специальное крепление достанут. Я видел такое.

— Инвалидное кресло вам надо. Кость сильно раздроблена.

— Какое на хрен инвалидное кресло⁈ — ревет мой муж, и дальше я уже ничего не разбираю.

А после, словно кто-то ложится рядом со мной.

— Спи… спи… — приобнимает меня.

Глава 6

ВАЛЕНТИНА

Резко просыпаюсь. Комната мне не знакома. Тусклое февральское солнце изо всех сил пытается пробиться сквозь снежные низкие тучи, но ему не удается.

Перед глазами потихоньку начинают мелькать кадры вчерашнего дня.

Что было вчера?

Моя свадьба.

Я вышла замуж за опасного человека.

А потом его странное требование чтобы я сняла платье. Прямо в машине. При его людях.

Погоня.

А после, машины, подлетающие в воздух.

Как бы мне хотелось, чтобы это все было сном, но увы, я очнулась именно в этой реальности. В незнакомой комнате, где вчера спину моего мужа зашивал на живую врач.

На стене часы.

Два часа дня.