— Побежишь и донесёшь обо всём Кириллу?

На лице отца проступило… облегчение. Понимать, что причиной ему стало моё полупризнание, было странно.

— Я наберу тебя на днях. Что-то придумаю с тем, чтобы перенести свадьбу и позвоню.

Он поднялся порывисто и быстро. Сунул руки в карманы лёгкого полупальто, после чего зашагал прочь. Оставляя мне целый ворох вопросов на то, что напрямую касалось моей жизни.

Впрочем, я давно уже потеряла над ней контроль. И возвращать его мне, похоже, никто не собирался.

***— Дима?

Я удивлённо смотрела на Швецова, что лениво курил, прислонившись к своей машине, припаркованной, ни много, ни мало — у подъезда дома, где располагалась мамина квартира.

И если встреча на той вечеринке и впрямь была случайной, то наличие Димы здесь под это определение никак не попадало. Он знал адрес, по которому и прибыл. Знал, где я живу. Интересно, откуда?

— Дима, малыш. Он самый. Садись в машину.

Отбросив окурок, Швецов распахнул дверцу и непререкаемым тоном прибавил:

— И быстро.

Я нахмурилась и сверилась со временем. До встречи с Марией оставались пара часов. Их я планировала потратить на извечный женский способ отвлечься — пробежку по магазинам."

"Вся эта ситуация, в которую попала, нестерпимо давила. И я уже чувствовала, что вот-вот сойду с ума, если не позволю себе хоть небольшую передышку.

— У меня нет времени, — отрезала и сделала шаг прочь от Швецова.

— Сядь в машину, Карина. Это очень важно.

То, как прозвучал голос Димы, то, что он вкладывал в этот полуприказ, подействовало на меня определённым образом. По телу пробежала толпа мурашек, а по спине — озноб. Что-то происходило. Что-то значимое, касающееся напрямую моей жизни.

— Хорошо, — после некоторого колебания всё же кивнула я. — Но у меня действительно мало времени.

Я подошла к машине и юркнула на пассажирское сидение. Швецов, обойдя джип, устроился за рулём. Через минуту мы уже выехали на оживлённую трассу.

Я бросила на Диму взгляд искоса и увидела, что на лице его разливается искреннее облегчение. Это разозлило. Приезжает, когда ему вздумается, и увозит куда-то, даже толком ничего не объяснив.

— Куда мы едем? — задала я вопрос, не особо рассчитывая, что Швецов расскажет.

— Скоро узнаешь, — расплывчато ответил он, подтверждая мои подозрения. — Скажи, ты говорила с отцом?

Вопрос прозвучал так, что я мгновенно напряглась. Рядом со мной, в моей жизни, находились трое мужчин и каждый из них недоговаривал, оставлял недосказанности и полунамёки. А меж тем, дело касалось меня и только меня.

— Дим… Я думала, что мы с тобой расставили все точки, когда…

— Сразу после того, как ты стала моей?

Швецов повернулся ко мне. Всего на мгновение, но мне хватило его, чтобы понять — Дима находится в высшей степени нервного напряжения.