И которые продержались недолго — несколько дней.

Утром, собирая девочек в школу, мы услышали непривычный шум, доносившийся снизу, и поспешили туда узнать, что случилось.

И увидели картину: посреди холла стояла и довольно оглядывалась расфуфыренная мэлл, пока слуги заносили в дом ее многочисленные чемоданы. Вечернее платье, боа, широкополая шляпа и тяжелый макияж выглядели неуместно спозаранку, да еще в холле этого дома.

— Здравствуйте, мэлл Дроздонелла. Какими судьбами? — с ледяной интонацией спросила Ливия, неодобрительно наблюдая за увеличивающейся горой чемоданов посреди выложенного мрамором холла.

— А-а, Ливия… Ты все так же командуешь кухарками? И наверное, все так же не замужем? — с насмешкой ответила на приветствие мэлл.

— А вы проезжали мимо, но все постоялые дворы закрылись, как только за многие милии[10] учуяли ваш удушающий аромат? И поэтому решили заглянуть к нам?

Нарядная мэлл и правда была сильно надушена. Я стояла от нее в десятке шагов, но уже была окутана облаком аромата ее духов.

— А вы все так же плохо воспитаны, Ливия! Хозяйки на вас нет, — как-то многозначительно сказала мэлл.

— Дроздонелла и Ливия не любят друг друга, — шепнула мне на ухо подошедшая Камилла то, что я уже успела и так заметить.

Странно, ни разу не видела, чтобы Ливия так открыто выказывала к кому-то неприязнь. Если только к Гаврилитте поначалу, но в последнее время она вроде бы уже привыкла к девушке, во всяком случае, жалоб на горничную от нее не поступало.

— Деточки мои, — раскинула руки столичная мэлл. — Бегите скорее, обнимите любимую Дроздонеллу. Как я по вам соскучилась! Кто бы только знал!

Девочки неловко подошли к Дроздонелле поздороваться, и она сгребла их в охапку, сильно сжав в объятиях так, что те недовольно поморщились.

Когда она их отпустила, радостно возвестила:

— Я приехала! — и добавила еще радостней для самых непонятливых: — Теперь я буду жить с вами!

— Насовсем? — бесхитростно спросила Элли.

— Если ты этого захочешь, конечно же да! — Дроздонелла улыбнулась хищной улыбкой.

Элли собралась было что-то сказать, но потом покосилась в мою сторону и сдержалась. Мы ведь теперь воспитанные девочки, прежде чем что-то делать или говорить, сначала думаем.

— Граф не предупреждал о вашем приезде! — вылетело у меня.

Мэлл смерила меня с головы до ног оценивающим взглядом, и верхняя губа ее презрительно задралась:

С каких пор, милочка, граф должен отчитываться перед слугами?

И я поняла, что мы с мэлл Дроздонеллой вряд ли поладим.

— Она не служанка, мэлл Дроздонелла, она наша гувернантка, — поправила Камилла.

— Это одно и то же, моя девочка, — презрительно бросила Дроздонелла, снимая перчатки и протягивая их Ливии.

Та, сцепив зубы, схватила их так, что казалось, сейчас раскрошит на лоскутки.