Я смахнула тень, и Фалько подпрыгнул от неожиданности, так что чашки зазвенели на блюдцах.

— Предупреждать надо! — возмутился он. — Но ничего, вроде не так много разлилось. Пейте. — Поставив поднос прямо на пол, спросил: — А вот эта невидимость работает в отрыве от тебя? И как долго? Допустим, если ты накроешь кого-то тенями, и он захочет пройти в женское общежитие… Я чисто гипотетически! — быстро добавил он, поймав на себе сердитый взгляд Ронды.

— Мэди, а ты можешь направить тьму сюда? — спросил Ларг, подойдя ко мне с какой-то блестящей коробочкой. — Это вроде накопителя энергии.

Тени потекли в нее, как черный дым, пока не стали переливаться за край. Ларг захлопнул золотую крышечку и выдохнул от восторга. У него даже испарина выступила на лбу от волнения.

А я потянула тень Фалько и накрыла его точно плащом.

— О-о-о! — протянул он, когда его отражение в зеркалах пропало. — Давайте проверим, сколько оно будет действовать. А заодно — насколько это непроницаемо для опытного глаза.

Дверь качнулась, а потом лестница тихо загудела под его ногами.

— У меня внезапно проснулся дар прорицания, — заявила Ронда. — Сейчас Фалько нагло воспользуется невидимостью и проверит, насколько у Элмы тяжелая рука. Мэди, твой полог невидимости защитит от затрещин?

— Сейчас и узнаем, — меланхолично заметил Ларг.

Мы затихли, прислушиваясь к происходящему внизу. Короткий взвизг, шлепок, ругань.

— Больно! — воскликнул Фалько. — Ай!

— Значит, полог проницаемый, — деловито покивал Ларг. — Как интересно! А вот если схлестнуть тьму со светом, что будет?

Ронда вытянула руку, и перед ней вспыхнул сияющий щит чаросвета. Точно такие же щиты использовали чары в Сумерках, но я прогнала дурные мысли. Фелиция сказала — не забывать про свет, и он горел во мне, уживаясь с тьмой. Я не хотела принимать ничью сторону — вот в чем была правда. И чары, и тени должны научиться жить в мире.

— Атакуй, — приказала Ронда, слегка расставив ноги и чуть согнув колени.

Тени рванулись к ней, и сияющий щит вмиг раскололся трещинами.

— Да ладно! — воскликнула Ронда с легкой обидой. — Бас, а тебя Мэди тоже уделает?

— Она его уделала давным-давно, — пробурчал Фалько где-то рядом, и я потянула тень, под которой он прятался.

Сперва показался взъерошенный рыжий чуб, затем отчетливый красный след от ладони на веснушчатой щеке, и потом — сияющая улыбка.

— Мэди, это было круто, — заявил Фалько. — О, первый поцелуй так сладок!

— А вот скажи, — заинтересовался Ларг, — ты не заметил — было ли какое-то сопротивление тени?

— Поясни, — попросил Фалько, усаживаясь на маты и вытягивая длинные ноги.

— Почувствовал ли ты удар на полную мощность? — спросил Ларг. — Либо же он вышел приглушенным?

— Можно провести эксперимент, — предложила Ронда.