Хотелось сейчас только одного: проводить Алёну домой и побыстрее свалить, а блондинка, будто что-то такое заподозрила и вцепилась в руку, как в спасательный круг, повисла на мне и прижалась боком. Мягкое прикосновение бедра направило мысли в совсем другое русло, и как-то неожиданно я успокоился и взял себя в руки.

Бывало и хуже, ведь так? По крайней мере, сейчас по мне не палят из автомата.

Надеюсь, и не станут. Очень-очень надеюсь.

В отделении связи Алёна сразу убежала заказывать междугородние переговоры, и я воспользовался моментом – позвонил Козлову, но на этот раз трубку на другом конце провода не сняли ни в отделении, ни дома. Зараза, как же не кстати!

Алёна зашла в переговорную кабинку, я встал рядом и слегка приоткрыл дверцу, чтобы слышать разговор. Тот начался с всхлипов и путанных объяснений, но постепенно Мальцеву удалось успокоить подружку, и он перешёл к расспросам.

– Трое их было! – произнесла Алёна, шмыгая носом. – Двое постарше и молодой пацан в тельняшке. Я только его разглядела, он заикался сильно, и на плече татуировка какая-то была. Волосы тёмные, подстрижены очень коротко. Да! Его Федей назвали. Машина? Белые «жигули», я в моделях не разбираюсь. Номера тряпкой закрыты были. Нет, в милицию не звонили ещё. – Алёна всхлипнула, закусила губу и спросила: – Володя, ты когда вернёшься? Мне страшно! Возвращайся, ну пожалуйста! – Она выслушала ответ и повысила голос: – Ещё отложить? Но почему? Володя, я так больше не могу!

Уж не знаю, о чём шла речь, но, судя по всему, коммерсант на своём всё же настоял. Блондинка тяжко вздохнула, поджала губы и протянула трубку мне:

– Сергей, возьми!

Я шагнул в кабинку и сказал:

– Слушаю.

– Спасибо, Сергей! – послышалось в динамике под хрип помех. – Даже не знаю, как тебя отблагодарить! Вот же твари, по самому больному ударить хотели!

– Кто? – потребовал я объяснений.

– Мне откуда знать?! – взорвался в ответ коммерсант. – Ты что-нибудь ещё запомнил? Описать их сможешь?

– Откуда? – фыркнул я. – Дрался же, не приметы высматривал!

– А по машине что скажешь?

– «Шестёрка» это была. Белая, но с каким-то кремовым оттенком, почти незаметным.

– Слушай, Сергей, – произнёс после небольшой паузы коммерсант. – Я тут до конца недели точно застряну, а Никиту ещё не выписали, да и левой рукой он толком шевелить не может. Вадима уже отпустили, но у него всё в глазах двоится и голова кружится, не поможет, если нападут. Не бросай Алёну одну, очень тебя прошу!

– Да какие проблемы? Провожу до дома, не вопрос.

На другом конце провода послышался тяжёлый вздох.

– Проводить мало, Сергей.