— Господин лекарь, извините за дерзость, но если хотите узнать, где больно ему, — я ткнула пальцем в сторону Гарда, — то и щупайте его ноги!

Врачеватель недоуменно глянул на Соверена.

— Лечите, — дал добро тот.

Всегда восхищалась людьми, обладающими избирательным слухом, а он, похоже, являлся мастером в этом полезном во всех отношениях умении.

— Расслабьтесь и получайте удовольствие, — приказал врачеватель.

Ага! Разбежалась и кинулась получать удовольствие! Я на диване-то лежала, как на раскаленной сковороде. Хотя следовало признать, что мой потертый диванчик-старичок, стоявший в крошечной гостиной, в удобстве явно проигрывал.

В зрачках лекаря вспыхнул серебристый контур, а на виске начал проявляться сложный орнамент золотого цвета. Закрутилась тонкая линия, прочертились крепко сцепленные знаки. Колдовские письмена перебежали на скулу, завились на лбу, прочерченном глубокими морщинами. Судя по рисунку, лекарь семьи Гард был намного сильнее врачевателя, живущего в нашем районе.

От ладоней, прижатых к моей ноге, заструился тусклый свет. Казалось бы, кожу должно было жечь, но в лодыжку будто втыкали маленькие ледяные иголочки.

Минута, и от растяжения не осталось ни следа.

Зрачки врачевателя погасли, рисунки исчезли.

— Вот и все, дорогая госпожа. Предписываю постельный режим на неделю.

— Но вставать-то мне можно? — насторожилась я, естественно не собираясь валяться целую неделю в постели. Так действительно недолго до барака на острове Рут долежаться. Или до долговой тюрьмы."

"— Можно даже ходить. Чуточку. И никаких каблуков!

Я за то, что бы скинуть проклятущие колодки и рассекать босой как настоящая свободная дочь лесного народа. Даже можно наряжаться в вышитые балахоны и втыкать в спутанные волосы цветы.

Но, боюсь, Арлис не придет в восторг от манекенщицы, шлепающей грязными пятками по идеально чистому паркету в зале для демонстраций.

— Конечно, господин знахарь, с сегодняшнего дня только удобная обувь! — фальшиво поклялась я. — Спасибо за магию.

— Отдыхайте и постарайтесь не напрягать ногу. Счет придет завтра.

— Мне?

Какая нога? Я уже всем телом была в напряжении! Перед мысленным взором немедленно нарисовался счет с таким количеством нулей, что с первого раза запутаешься.

— Тому, кто посмел сорвать с приема лучшего знахаря острова Тэгу из-за обычного растяжения, — с доброй улыбкой врачеватель махнул рукой в сторону Гарда. — Всего доброго, госпожа.

Пока они прощались, слуги унесли лед и полотенца, а на столик улеглась обувная коробка. Я спустила босые ноги на пол, но почему-то постеснялась проверить покупку, и почувствовала себя робким ребенком, перед которым поставили открытую банку с малиновым вареньем. Угощаться вроде не запрещали, а взяться за ложку все равно стыдно.