Я чувствую, как её сопротивление тает на глазах, хотя она продолжает слабо упираться руками в мою грудь, ещё чуть-чуть – и рухнет на меня всем телом. Со вздохом и явно нехотя Ксения накрывает своей ладонью мои приоткрытые губы:

– Вернёмся к поцелуям после того, как ты выздоровеешь…

Я сорвался с кровати, но отец поймал меня за руку у самой двери:

– Куда собрался? Ты на карантине.

– Пап, – я умоляюще смотрел отцу в глаза.

– Ты ещё заразный. Знаю тебя, первым делом целоваться полезешь, – усмехнулся он куда-то в бороду, – сам такой был. Лечись лучше!"

"Я согласился дотерпеть до субботы. Писать и звонить не мог – это казалось неподходящим, ничтожным в сравнении с моими переживаниями. Я мечтал видеть её глаза, когда скажу, как скучал.

Я кое-как дождался одиннадцати утра субботы и пошёл к Кернам. Мне открыла дверь её мать. Я слегка стушевался под её пристальным взглядом, от волнения у меня вспотели руки.

– Здравствуйте, тётя Аня. Ксения дома?

– Ты выздоровел?

– Да.

Я переминался с ноги на ногу, всё ещё стоя на пороге, пока Анна Александровна решала, что со мной делать.

– Сеня у себя в комнате, – сказала она, но ни на сантиметр не сдвинулась. – Я могу тебе доверять?

Я нервно сглотнул и кивнул, не понимая ещё, к чему она клонит.

– Дочь, я ушла! – крикнула тётя Аня куда-то себе за спину, напоследок снова кинула на меня внимательный взгляд и ушла, громко захлопнув за собой дверь.

Я разулся, снял куртку, стараясь дышать глубоко и спокойно. От понимания, что сейчас увижу её, все мысли разлетелись, зато из каких-то дальних уголков разума выползли липкий страх и сомнение. Чёрт, да что это со мной? Отрезая все ходы к отступлению, я резко открыл дверь в комнату Ксении. Сердце, пропустив удар, начало работать в усиленном режиме, отчего запульсировало всё тело. А всё из-за той, что стояла сейчас передо мной вся такая домашняя, манящая, красивая, пусть и немного взлохмаченная, в одной (снова моей!) футболке, которая висела на ней мешком, но чётко давала понять, что она без лифчика. Моё самообладание было на исходе. Я помнил про обещание, которое дал тёте Ане, но теперь не был уверен, что оно сможет меня остановить. А потом заиграла эта песня, точно самое искреннее признание, и блеск в широко распахнутых глазах Ксении уничтожил все мои сомнения. Я улыбнулся и сгрёб свою Сеню в охапку, понимая, что больше для счастья мне ничего не было нужно.

Спасибо за выбор нашего издательства! Поделитесь мнением о только что прочитанной книге."