Мне очень нравится снимать закаты, природу и людей. Родители поддержали обе мои идеи: стать врачом и заниматься фотографией. И теперь я был загружен по полной: репетиторы по химии и биологии (даже летом), курсы фотографии. Но зато всякая ерунда в голову не лезла, просто некогда стало об этом думать. Иногда увлекался так (это я про фотографии), что попадал во всякие истории. Как, например, вышло с соседкой, той самой девушкой из троллейбуса.

Я возвращался с занятия по биологии, когда увидел возле дома незнакомую тачку. Тип за рулём так активно пялился на входную дверь, что без вариантов понятно стало – он явно ждал кого-то. Зашёл я в подъезд, а на площадке первого этажа… Блин, она реально круто выглядела. Честно признаюсь, я на ноги повёлся: там длина платья такая была, что только слепой не обратил бы внимания. Она стояла, возилась с серёжкой, и даже в этой незамысловатой позе было столько грации, изящества… наклон головы, шея, а тут ещё свет удачно лёг… и вся она такая яркая, в солнечных лучах, будто софитах специально на неё направленных, на фоне серого подъезда. Композиция – отпад, ракурс – самое то. Каюсь, я не удержался, сделал на телефон пару кадров, жалея, что зеркалки под рукой нет. Естественно, она заметила, включила стервочку и потребовала удалить фото. Но я, помня её претензии в парке (замечу, необоснованные), решил немного сбить спесь с соседки и внаглую попёр на неё, делая упор на то, что она слишком много думает о себе и нехорошо быть такой (хотя тупо спасал фотки). Девочка аж в лице поменялась, я на мгновение решил, что палку перегнул, когда она извиняться стала. Сдержался. Ладно, договорюсь как-нибудь со своей совестью. А её сейчас кавалер выгуляет, безделушку какую-нибудь презентует, и её плохое настроение сдуется, как воздушный шарик…

Сентябрь

К такому меня жизнь не готовила. Знаете кто теперь учится со мной в одном классе? Та самая соседка, длинные ноги и эгоцентризм. Перед первым сентября у меня была смена в травме[13], домой я вернулся поздно и, соответственно, не выспался. Надеялся в классе хоть полчаса до линейки подремать, как услышал:

– Доброе утро. Меня зовут Ксения Керн. Этот год я буду учиться вместе с вами.

И голос таким знакомым показался. Но когда эта Керн Лёху осадила, сомнений у меня не осталось: соседка моя, принесла же её нелёгкая именно в наш класс. И пусть она очки напялила, узелок на макушке, как бабуля, завязала и оделась неброско, но я-то её узнал. Как и она меня. Думал, стушуется, занервничает, а она лишь скользнула по мне взглядом, в котором явно читалось: «Противно, но не страшно – пережить можно».

Сам не заметил как, но я стал к ней, то есть к Керн, присматриваться.