Витя засмеялся, перевертыш тоже ожил, а сам Евгеньич все же не вытерпел.

— Матвей, а о чем вы там с Водяным царем говорили?

— О делах, — отмахнулся я, словно каждый день только подобное и проворачивал.

А что делать, если любопытство посредника между воеводой и водной нечистью уже было частью плана по спасению Вити? Ну и дополнительно моим алиби. Кстати, о Следопыте. Я повернулся к нему.

— Вить, дело есть.

— Какое дело? — тот выглядел вполне довольным.

Представляю, воевода, наверное, застращал его, что он поедет с отбитым на голову рубежником к самому Водяному царю, чтобы извиняться за косяки.

И обязательно набедокурит. А тут мало того, что все прошло не так уж и плохо, да и на представление посмотрел. Что характерно — абсолютно бесплатно. Разве что бутылку воды пришлось купить.

— Мы с Водяным царем встретиться собрались. Я бы, как сказать помягче, очкую.

— Чего делаешь?

— Опасаюсь. Короче, можешь со мной поприсутствовать. Там ничего такого, поговорим и все.

— Вообще-то я…

По лицу Вити было понятно, что он очень не хочет видеться наедине с Водяным царем. И готов соврать сейчас что угодно, лишь бы от подобного свидания откреститься.

Я благородно решил не давать поводов рубежнику лгать. И напомнил о самом главном.

— Витя, ты мне должен.

Да, немного некрасиво. И вообще настоящие мужики не «притягивают» за слова. У нас так во дворе говорили. Правда, там много чего болтали. И самый главный «пацан», которые мечтал стать бандитом, после армии устроился в ППС. Так что я не придавал большого внимания этой глупости.

— Сходишь со мной и мы в расчете, — выложил я главный аргумент.

— Хорошо, — согласился Следопыт.

Конечно, было немного не справедливо.

Избавление от Лихо в обмен на «постоять» на сходке. Хотя учитывая реальную составляющую моего плана — все более менее честно.

— Матвей, а мы можем… в общем, руки пожать?

Хорош. Но это правильно, дружба дружбой, а служба службой. Даже если ты спасаешь рубежника от нечисти это не значит, что после вы становитесь с ним лучшими друзьями. Печатник тому яркое подтверждение. Так или иначе, но сделку мы заключили.

— Когда, где? — спросил Следопыт.

— На закате, — ответил я. — С другой стороны от домика Михаила Евгеньевича. Там камыши.

— Рогоз, — поправил меня двухрубцовый.

— Камыш он по-иному выглядит.

— Ну пусть рогоз, — ответил я, довольный тем, что старик слушал наш разговор более, чем внимательно.

— А чего надо-то? Ты Водяному царю вроде серебро дал.

— Он мне принести кое-что должен.

Оставшуюся часть пути мы преодолели без всяких проблем. Даже тепло попрощались с Васильичем на берегу, каждый занятый своими мыслями.

Витю я довез до дома, пообещав завтра прихватить его велик. И рубежник отправился спать. Надо сказать, что я ему в чем-то завидовал.