Глава 46

Олег

Вика сидела, как мокрый воробушек, укутанный полотенцем на краю стола.

Только тонкие изящные щиколотки выглядывали из под ткани. И нос красный, натёртый.

— А потом ты опять захочешь поводков, ошейников, и плёток.

Я усмехнулся, развернулся к варочной панели. И снял турку с огня. Налил в чашку кофе, добавил коньяка.

—Да, захочу, может, не через год, не через полтора. Но знаешь, это дерьмо мы прошли, и прислать тебе подарок из сексшопа будет намного проще. Ты же сразу поймёшь, о чем я.

—Ты бросил кольцо… — Тихо произнесла она, и я мотнул головой.

— Я его не бросал, я отдавал его тебе.

— Ты бросил кольцо, — надавила Вика. И я, развернувшись, протянул ей чашку с кофе и коньяком.

— Я отдал его тебе, а ты брать не захотела.

Вика выпутала руку из-под полотенца и потянулась за чашкой.

— Ты предал, ты ушёл, — схватив чашку, произнесла жена. И снова губы дрогнули.

— А ты бы поверила?— Спросил я напрямую. — Ты бы поверила, если бы я тебе все тогда рассказал, все тогда объяснил? Нет, результат был бы один и тот же, мы бы развелись.

Вика отвела глаза.

— Ну почему ты молчишь? Ты мне не поверила бы. Ты мне сейчас не веришь.

У всего в этом мире есть причины.

Говорить было тяжело, я вообще не был тем человеком, с которым легко было общаться на тему чувств.

Я даже когда Вику замуж позвал сделал это максимально в своём стиле. Ты будешь моей женой, и не с вопросом, я констатировал факт.

А здесь прийти и все вывалить…

Я себя дебилом чувствовал.

Причём таким, что ещё поискать вот второго такого, который так обляпается.

— Да, поэтому, конечно, проще разрушить семью.

На этот раз я прикрыл глаза, вздохнул."

"— Я не хотел ничего рушить. Возможно, сложись ситуация как-то иначе, может быть, если бы это не было на дрожжах моего недовольства, не было на том, что я постоянно находился в раздражении лютом от того, что я потерял что-то своё, родное, безумно любимое, приятное и привычное.

Если бы я этого не ощущал, может быть, было бы проще сказать: Вик, тут такое дело, давай я тебя как-нибудь приглашу на перфоманс своеобразный. Может быть, было бы и проще, но в тот момент я все воспринимал в штыки, чтобы ты не говорила, чтобы ты не делала. Я все воспринимал в штыки. Я даже когда тебе предлагал помощь, а ты отказывалась, я это воспринимал как плевок в душу, потому что я понимал, что я это сделаю намного быстрее, и у тебя будет время для меня. И я чувствовал, что ты этого времени не хочешь.

— Я не знаю, что тебе сказать. — Честно выдала Вика, допила кофе. И поставила кружку рядом с собой на стол. — Когда я могу уехать к детям?

— Никогда. — Едко произнёс я, потому что когда уже все обнародовалось, когда уже смысла бояться за чью-то хрупкую организацию душевную не было, я не собирался все разложить на пути и оставить.