Накатает он на тебя телегу, а она Берии под горячую руку попадется.

— И ты думаешь, Мишкина жизнь стоит того, чтобы мы соблюдали субординацию и расшаркивались на паркете перед местным начальством?

— Да не о том я, — недовольно возразил Шелестов. — Можно же и по-другому делать, не задевая самолюбия человека. Крапивин мужик толковый, поймет!

— Вот я и думаю, что поймет, — нахмурился Коган. — И я не каждый день так делаю. Хочешь, извинюсь?

Спор прервал телефонный звонок внутреннего телефона, и Шелестов тут же схватил трубку. Звонил дежурный, доложил по просьбе Шелестова о том, что приехал начальник управления.

Через пять минут вся группа собралась в кабинете Крапивина. Тот за это время успел раз пять поговорить по телефону, дать два раза секретарю поручение и один раз приличный нагоняй. И когда рутинная деятельность закончилась, Крапивин встал, задернул занавеску на окне, чтобы солнце не слепило глаза, и деловито сказал:

— Насчет японцев я сведения получил. Твое требование, Борис Михайлович, не принимать пока никаких мер в том районе, я подтвердил. Теперь еще кое-что интересное!

Коган победно посмотрел на Шелестова, и тому оставалось только покачать головой.

А полковник продолжал рассказывать о том, что среди небольшого, но все равно регулярного потока информации и заявлений от граждан о том, что тот или иной человек вредитель и враг народа, иногда все же встречаются и стоящие сведения. Поэтому оперативники все равно проверяют каждый сигнал."

"— Это некто Олег Дмитриевич Усатов. Работает инженером по снабжению на Амурском патронном заводе в поселке Тетюши. Возникли у него, понимаете ли, подозрения, что враги завербовали специалиста из складского хозяйства, Владимира Сергеевича Петрова.

Не будь это патронным заводом, который мы с вами сами внесли в свой список первоочередных…

— Когда это было? — Шелестов мгновенно ухватился за это сообщение.

— Да вот только что звонил оперативник. Как только я приехал, меня с ним и соединили. Я приказал: обо всем, что касается нашего списка предприятий, как потенциальных объектов для диверсий, докладывать немедленно в любое время суток.

— Я бы не особенно реагировал, если бы это случилось три недели назад или месяц, — пробормотал Шелестов.

 — Вот что, Илья Валерьевич. Мы с Коганом немедленно выезжаем на завод. Прошу тебя, сообщи о нашем приезде этому оперативнику и о нашем статусе. А тебе мы оставляем Буторина. Он тебе расскажет о последних новостях, оперативной информации и покажет записку от Сосновского.

— Михаил нашелся? — обрадовался начальник управления.

— Нашелся, да только не так, как бы нам хотелось, — развел руками Максим и поднялся. Все, Борис, поехали!..

На завод оперативники попали под вечер, ближе к концу рабочей смены.