У них интересные проекты, сложные схемы, мудреные детали, элементы робототехники. Но ты же не знаешь, как это все будет выглядеть и работать, когда они закончат.

– Ты права, но…

– А еще я внимательно прочла положение о конкурсе. Знаешь, на чем там поставлен акцент?

– На чем?

– Инсталляции должны состоять из простейших деталей и предметов обихода. Не из сложных заумных штуковин, а обыкновенных вещей. И только путем их последовательного взаимодействия должно достигаться конечное действие.

– И? – Женя поправил очки.

– Мы не хуже других, понимаешь? – улыбнулась я. – Поэтому давай выпьем горячего чая, соберемся с мыслями и потратим ближайшие шесть часов на то, чтобы собрать самую сумасшедшую, самую потрясающую в своем безумии машину! Как тебе такой план?

Парень долго молчал, глядя на меня и не говоря ни слова. Я уже начала беспокоиться, все ли с ним в порядке, как он пристально посмотрел на меня.

– Спасибо, что поддержала. Ты даже не представляешь, как это важно для меня. – Женя тяжело выдохнул. – И здорово, что ты рядом в такой день.

Я шутливо отмахнулась:

– Да брось! Разве я могла пропустить такую крутую вечеринку? Две сотни ботаников собрались в огромном зале, чтобы собрать из старого барахла, ненужной ерунды и хлама какую-то громоздкую рухлядь. Это же потрясающе интересное мероприятие! Разве можно было не поучаствовать? – Я заметила, как Женька опустил взгляд, смеясь, и обернулась. Наши соседи по зоне смотрели на меня с недоумением. – Простите, пацаны! Только без обид, ладно? Мы понимаем, что делаем что-то очень странное, разве нет? И мне кажется, это круто, когда двести человек соревнуются друг с другом, кто из них более безумен в своих изобретениях.

Ботаники даже не улыбнулись. Я пожала плечами и отвернулась. Зато Женя в этот момент давился от смеха. Друг друга мы понимали, а большего нам и не было нужно.

Через пару минут отсчет был дан, и время пошло. Мы расставляли узлы своего проекта согласно схеме. Я подносила нужные детали, а Женя сверялся с чертежами и старался подогнать детали, чтобы в итоге все сработало по принципу домино. У нас не было возможности проверить, как пойдет дело и на каком этапе могут возникнуть сложности. Мы руководствовались лишь интуицией и логикой.

Мы не имели права на ошибку. Мы были собранны, сосредоточенны и внимательны. Над залом стоял гул голосов, стук инструментов и грохот металла. Все что-то мастерили, торопясь к назначенному сроку. Мы с Женей были настолько увлечены процессом, что не отвлекались, даже когда судьи кружили вокруг нас и что-то отмечали в своих ведомостях. Нам было абсолютно не до этого.

– Мячик, труба, весы, – требовал Исаев, протягивая руку.

И я подносила нужные детали будущего проекта.