Но ведь я хоть что-то делал! И делал только ради Лены…

Жаль, что она об этом не знает.

Иначе… А что иначе? Что бы изменилось? Разве ей нужен такой, как я?

– Малахольный! – словно подсказал кто-то, смеясь за дверью.

Вот именно. Все видели меня именно таким.

Я подхватил свой рюкзак, дернул шпингалет, толкнул дверь…

Не понял! Я навалился на дверь всем телом. Заперто! Толкнул еще раз. Ничего не получилось. Прислушался: шаги и смех удалялись к выходу и вскоре совсем стихли.

– Эй! – Я надавил на дверь плечом. – Эй, кто-нибудь!

Но заполненное сигаретным дымом помещение отозвалось лишь громким эхом.

– Меня закрыли. На помощь! – прокричал я, бросаясь на дверь.

Толкал, пинал, дергал, давил. Но та не поддавалась, всякий раз встречая какое-то сопротивление снаружи.

– Эй, помогите! – проорал я, ощущая панику и собственную ничтожность. – Э-э-эй!

Сквозь приоткрытую форточку в помещение донесся шум шин по асфальту. Кажется, автобус уже отъезжал.

– Кто-нибу-у-удь!

– Жека, это ты? Ты где? – раздался вдруг голос Антохи.

– Здесь! – Я принялся барабанить ладонями в дверное полотно. – Здесь!

– Ясно. Тебя закрыли. Подперли дверь шваброй. Сейчас!

Послышалось копошение, и через пару секунд дверь открылась. Вырвавшись на волю, я сразу метнулся к умывальнику, включил воду и сполоснул руки.

– Это кошак плешивый! Мышелов драный! Харитон Какашкин, мать его!

– Неудивительно, – отозвался Майкин, – они всегда так веселятся.

– Что ты хочешь от идиота, который курит прямо на заправке?

– Точно.

– Ладно, бежим! – Я метнулся к двери. – Там уже все собрались, наверное.

– Да без нас не уедут, – отмахнулся Антоха, – не переживай.

И он вразвалочку направился следом за мной.

Каково же было наше изумление, когда мы обнаружили на стоянке возле заправки лишь сизую пыль и облако выхлопных газов, оставленные растворяющимся вдалеке автобусом!

– Стой! Стой! – Майкин махал руками, выбежав на дорогу.

– Догоним? – предложил я, прикидывая, с какой скоростью нужно бежать, чтобы нагнать транспортное средство.

– Не-е-ет, – поморщился Антоха, отчаянно мотая головой, – я не побегу!

Он терпеть не мог физкультуру и все, что с ней было связано.

– Тогда… – растерялся я, – даже не знаю…

– Нам нужна попутка! – сообразил друг. Повернулся и взмахнул руками: – О! Вот. Стой! Стой!

Он побежал и, вытянув руки в стороны, преградил путь какой-то старой развалюхе. Раздался визг шин, а затем крик:

– Куда прешь, окаянный?!

За рулем старенькой «пятерки» сидела бабуська. Она и орала на Антоху, опустив стекло и высунувшись почти наполовину.

– Сталина на вас нет!

– Бабуля, не шумите. – Майкин обошел автомобиль и склонился к окну. – Войдите в положение! Возьмите нас на борт.