Если бы не Брен, который вполне уверенно приобнимал меня, я распласталась бы у ног женщин.

— Леди Оринис оправдана. При свидетелях, — с торжеством в голосе проговорила леди Илис. — Артефакт правды подтвердил все её слова.

Я не успела обнять маму, — из зала торопливым шагом вышел Алфи. Увидел нас, замер. Хмурый и бледный, он выглядел подавленным."

"Киан за его спиной смотрел на нас спокойно и строго. Но он никогда и не сомневался в словах мамы, не отворачивался от нее. Видимо, пока проживал в Астании, он выяснил всю  правду о пленнице.

— Миледи!

Алфи подошел, тяжело переставляя ноги. Замер на мгновение, всматриваясь в мамино лицо, а после опустился на колено. И склонил светловолосую голову.

— Простите меня, если сможете.

Взгляды всех любопытных скрестились на нас. А мама, наконец, после долгой разлуки, смогла обнять старшего сына. Широкие плечи Алфи затряслись, но он не издал ни одного звука. Лишь обнял ноги той, что пела ему в детстве песни.

Возможно ли, чтобы суровый капитан Алфи Оринис беззвучно плакал?

Глава 43.

/Келлия Оринис/

День свадьбы приближался. Я безумно нервничала и считала дни, оставшиеся до заветного события.

Подготовка шла полным ходом: слуги чистили и украшали крепость, закупали продукты, в спешке готовилось приданое. Обитатели и гости крепости приводили в порядок праздничные наряды, а моим свадебным платьем, доставшимся от мамы, занялась талантливая швея миссис Рой, которую пригласили из ближайшего города.

Миссис Рой немного ушила белое атласное платье в талии, так как я оказалась тоньше мамы, и украсила подол накладными вышитыми цветами —  по последней моде. Ещё она заменила пожелтевшие от времени нижние юбки на новые: одну — на юбку из плотной белой ткани, вторую — на тонкую и шуршащую.

Мне понравился и скромный фасон платья, и неглубокое декольте, и нежные рукава - фонарики, а короткая фата с кружевом по краю показалась невероятно тонкой и изящной.

Единственное, что омрачало дни ожидания, это прежняя отчужденность между родителями и холодность Киана. Брат ловко избегал меня, а наш разговор все время откладывался.

Однажды, за два дня до свадьбы, я проснулась ранним утром от того, что Малыш был сам не свой. Словно бешеный, котенок носился по комнате со вздыбленной шерстью и шипел. И мое сердце вдруг кольнуло от предчувствия приближающейся беды.

В этот день драконы, в том числе и Брен, ранним утром отправились в Северную крепость, где комендантом являлся двоюродный брат императора. Его величество Миральд Мэлвис в своем послании велел доставить артефакты, изъятые у орков, Рафаэлю Мэлвису. Но я прислушалась к себе и поняла, что с Бреном мое предчувствие не связано.

— Малыш, что случилось? — нахмурилась я, садясь на постели.

Малыш прыгнул ко мне, но погладить не дался.