Еще большую, чем там, в каменном мешке между допросами.

18.4

Нам с Патриком нужно было объясниться. Он уже все за меня решил, со всеми договорился, считая, что знает, как мне будет лучше. Однажды он уже пытался устроить мою жизнь так, как ему было удобно. И сейчас то же самое.

Я прекрасно понимала, что это такой мир, здесь такие порядки. Вон даже леди Кристина сидит, улыбается и счастлива. Замуж за принца вышла, скоро наследника родит. Чего еще желать?

Только я боялась, что если с моим мнением не считаются сейчас, то не спросят его и в будущем. Еще и попрекнут имуществом и титулом, что я получу от принца в обмен на сговорчивость и дракона. Нет, я хочу, чтобы мое слово имело вес, с моим мнением считались. А то сегодня любимая жена, а завтра отдал другу за надел земли и пару скакунов.

— Лина, ты, кажется, совсем не рада, — Патрик тронул мою руку, увлекая в свой кабинет.

Я помотала головой. К чему притворство. Лучше уж сразу сказать все, как есть.

Мы вошли в кабинет, Патрик прикрыл дверь. Я присела в кресло, нервно расправив складки на юбке. Он же не стал садиться на свое привычное место, чтобы стол не разделял нас, а опустился в кресло рядом со мной."

"— Прежде всего, я хочу поблагодарить тебя, — сказала я, глядя на свои колени, — не знаю, каких трудов тебе это стоило.

— На самом деле, все это заслуга принца, — произнес Патрик, — я лишь помог его гонцу передать Кристине записку, а потом сказал, где можно будет оставить ответ. Не хотелось, чтобы матушка узнала, что я в этом замешан. Одно дело, когда я сам отказываюсь от свадьбы и почестей, а другое — когда приезжает наследник престола и требует свое по праву.

Он взял мою руку и поднес к своим губам. Я, наконец, смогла оторвать взгляд от платья и посмотрела в глаза лорда. Они светились любовью и нежностью. От легкого прикосновения по моим озябшим пальцам разлилось тепло.

— Но жениться на служанке тебе все равно бы никто не дал. Да и сейчас мой статус не сильно изменился.

— Но Его Высочество пообещал, — начал было Патрик.

— Он будущий монарх. В его праве даровать милости и отбирать. Сейчас ему нужен дракон, а потом он выставит меня на улицу. И никто не вступится за меня. А многие еще и пнут проходя мимо, как недостойную выскочку.

— Что ты такое говоришь! — искренне возмутился Патрик. — Ты станешь моей женой, и будешь под моей защитой!

— Скажи мне, а от нападок своей матери ты меня тоже убережешь? Смогу ли я быть полноправной хозяйкой в своем доме? А что будет, если тебя вдруг не станет?

Лицо Патрика исказила гримаса ужаса.

— Любимая, на пути к нашему счастью нет препятствий, почему ты думаешь о таких страшных вещах? — прошептал он. — Наверное, эти душевные раны — последствия темных мыслей, что одолевали тебя во время заточения.

Я выдернула руку.