– Думаю так: дадим ему денег, организуем поездку до Китая и даже с косоглазыми договоримся, чтоб пустили. Они к нам хорошо относятся, не то что к англичанам…

– Зачем?

– Да что тут непонятного! Денег на поездку дадим ему сами! А взамен потребуем, чтобы про нас написал, как полагается! Понял?

– Вроде да!

– Как тебе моя мысль? Я ее Тубельту изложить собираюсь! А может, и к самому Бенкенштадту прорвусь!

– Не знаю! Сколько волка ни корми…

– Ну что? Поели? – спросил окончательно заскучавший американец. – Вкусно?

– Да! Спасибо! – сухо ответил Угаров.

– Денис! А вы не знаете, где живет Тоннер? Очень хочу его проведать! Чрезвычайно умный человек!

– Знаю! – неохотно ответил Угаров.

Видеть счастливого соперника он не хотел.

– Тогда поехали! – предложил этнограф.

– Отличная мысль! – поддержал Рооса Терлецкий. – Давно хочу с врачом посоветоваться! У меня тут, в Питере, живот взбунтовался. На очко замучился бегать! Может, из-за воды? Болото все-таки!

– Ну, я не знаю… дома ли Илья Андреевич, – попытался увильнуть Денис.

– Там и выясним! По коням! – распорядился Федор Максимович.

Глава двадцатая

Тучин слонялся без цели: разглядывал витрины, засматривался на встречных красавиц, читал афиши.

Свернул на Екатерининский канал, весело помахивая тросточкой, дошел до Мойки, где его ожидало красочное зрелище: ежедневная инспекция столичных войск по случаю хорошей погоды и производилась по-летнему на Марсовом поле, а не в душном Манеже.

Зевак было немного, и Тучин без труда занял удобную для зарисовки позицию. Жаль, что не захватил мольберт!

Солдаты Семеновского полка, кавалергарды в белых мундирах и шлемах и флотские экипажи выстроились в каре.

Строй объезжали сам государь с августейшим братом. Заливались трубы, барабаны задавали ритм, солдаты отдавали честь, сияли эполеты и плюмажи офицеров и генералов. Император же одет был скромно: зеленый китель, того же цвета рейтузы с красными лампасами, на голове – треуголка с желтыми перьями. Великий князь отличался от брата лишь грузной фигурой и цветом перьев на головном уборе – у него они были белыми. Закончив объезд, государь занял место в центре плаца. Грянул оркестр, солдаты двинулись маршем: сначала обычным, потом – ускоренным, и наконец – самым быстрым.

После парада свое искусство демонстрировали черкесы: на полном скаку разряжали ружье в лежавший на земле носовой платок. Восхищенный император поаплодировал джигитам, потом коротко поблагодарил генералов и сразу ускакал в сопровождении свиты в Зимней дворец.

Тучин заканчивал набросок, когда к нему подъехал офицер:

– Вас желает видеть его императорское высочество!"

"Александр поднял голову. Великий князь приветственно махал рукой.