Такой стыд! Это же почти воровство книги!

Он отошел, схватился за голову, потом вдруг сжал мои плечи. Мельтешение его длинных худых рук происходило так быстро, что я даже несколько смешалась.

– Позор! – причитал бедняга. – Конец всему! Мы теперь не сможем заниматься за соседними столами! Как мы еще будем видеться?"

"Он вдруг шмыгнул носом, а я моментально почувствовала себя пресловутым мужиком, на широкой груди которого собиралась пустить слезы и сопли кисейная девица. Ощущение меня напугало так нешуточно, что в голову не пришло уточнить, на кой ляд нам, в принципе, сдалось видеться.

Лично мне и без господина Доходяги, выглядящего как маньяк-зубрила, неплохо жилось и училось. Но отчего-то с уст сорвалось:

– Не переживай, Тимоха, не лишат. Держи. – Я сняла со своих плеч дрожащие Тимины руки и вложила в его влажную ладонь смятый библиотечный формуляр, мною лично же сворованный из-под носа вредного старика смотрителя.

– Я не имею права! Из-за моей безответственности тебя уволят со службы. – Он попытался сунуть карточку мне обратно.

Светлые духи, что за бред? Светлые духи, почему я в нем участвую?!

– Не надо стесняться… – Упоминать о том, что меня выперли еще с утра, в столь трагичный момент показалось излишним, поэтому пришлось формуляр засунуть парню в карман черного форменного пиджака.

– Ты идешь на жертвы? Ради меня? – Тима вытащил порядком поистрепанный прямоугольник картона и любовно разгладил между пальцами.

– Да какие уж там жертвы… Слушай, а фолиант-то ты сможешь у матери забрать? – решила я перейти к сути вопроса, потому как опаздывала в молельню, где меня ждала Крис.

– Попытаюсь, – со всей серьезностью кивнул он и с надеждой уточнил: – Хочешь, завезу к тебе домой сегодня вечером?

– Домой не надо! – моментально замахала я руками, вдруг представив, как потом каждое утро в любую погоду с видом маньяка Просто Тима станет ждать меня на выезде из квартала Каменных горгулий, чтобы вместе добраться до университета.

 – Завтра заберу у тебя сама, встретимся в едальне после второй пары. Идет?

– Завтра выходной…

– Точно, – из-за дурдома, воцарившегося в моей жизни, я потерялась в пространстве и времени.

– А может… – пожевал он губами и тут просиял: – Может, встретимся в чайной на Часовой площади в три часа пополудни?

– М-м-м?

– Точно! Так и поступим! – обрадовался он собственной придумке.

С недавних пор я ненавидела Часовую площадь. Встречи, назначенные под часовой башней, всегда заканчивались какой-нибудь гадостью. Все до единой.

– Договорились, – нервно улыбнулась я и указала пальцем ему за плечо. – Мне пора.

– Ах, конечно! – Он поспешно освободил мне дорогу и прикрикнул в спину до неприличия радостным голосом: – До завтра, Валерия! Не забудь, в три часа.