Я уже собираюсь сказать, что все, не могу больше, но меня прерывает характерное гудение зеркала связи.

Мы с Эрионаром обмениваемся удивленными взглядами. Интересно, кто это там?

– Пойду, гляну, – говорит он, опуская платформу.

Я устало пожимаю плечами: кто бы там ни был, он в любом случае не знает языка сидов и ничем не сможет помочь.

Через пару минут раздается сухой голос асура:

– Приветствую, Ваше Величество.

Мои уши встают торчком.

Величество? Какое из них?!

– Это зависит только от Эль, – продолжает Эрионар, отвечая, видимо, на вопрос собеседника. – Как она скажет… Хорошо, я ее позову.

Слышатся приближающиеся шаги. Я быстро утыкаю нос в очередной свиток и придаю лицу мученическое выражение. Пусть думает, что я страдаю над текстом, а не подслушиваю разговор.

– Эль, – асур останавливается у меня за спиной.

Я вопросительно оглядываюсь.

Он стоит, привалившись к одному из стеллажей, и смотрит на меня очень странно.

– Это Даггерт, – отвечает на мой немой вопрос. – Он хочет поговорить с тобой. Наедине.

– И о чем? – бормочу, поднимаясь.

Нервы где-то в районе желудка превращаются в тугой узел.

– Он мне не сказал. Я оставлю вас на десять минут.

Эрионар касается своего кольца-амулета. Хочу остановить его, даже рот открываю, но замираю, так и не произнеся ни слова. Губы асура изгибает понимающая улыбка. Он поворачивает кольцо и исчезает.

Я направляюсь к злополучному зеркалу.

***

Даггерт ждет, угрюмо постукивая пальцами по столу. В зеркале виднеется его хмурое лицо и кряжистая фигура до пояса.

Меня и раньше удивляло, почему король дроу так отличается от своих высоких и стройных соплеменников. Он хоть и не выглядит таким низкорослым, как дварфы, но сложение у него более мощное, чем у того же Айренира.

И всегда при взгляде на него у меня возникает крамольная мысль: а не согрешила ли мать Даггерта или бабка с каким-нибудь дварфом?

Разумеется, высказывать вслух свои подозрения я остерегаюсь. Но в какой-то книге мне попались гравюры молодого Даггерта и его брата Дартовера – того самого короля, который уничтожил сидов, а сам сошел с ума. Так вот, у Дартовера внешность идеального дроу: высокий, стройный, с острыми, хищными чертами и колючим взглядом.

Даггерт ниже его на полголовы и в два раза шире в плечах. Да и лицо у него отличается: широкие скулы, крупный нос, тяжелый квадратный подбородок.

А может, это не мать согрешила? Может, как раз отец Даггерта прижил его от любовницы-дварфки?

– Не узнаешь? – хмыкает он, выводя меня из задумчивости. – Вроде недавно виделись.

Я понимаю, что уже минуту стою, положив руку на спинку кресла, и невежливо таращусь на короля.

– И вам здравствовать, – изображаю приличествующий случаю кивок и опускаюсь в кресло.