– Эльфы всегда хотели получить власть над миром, их до сих пор гнетет, что они вынуждены подчиняться асурам, а нынешний король слишком молод, чтобы держать в узде распоясавшихся аристократов. И вот еще что…

Он наклоняется к зеркалу и, глядя мне в глаза, цедит сквозь зубы:

– Есть кое-что, что меня беспокоит больше всего остального.

Я напряженно смотрю на него:

– И что же?

– Герцог не просто так сбежал именно в Лес, и не просто так скрывался там целый год, а теперь вдруг возник рядом с Королевскими холмами и пытается проникнуть внутрь. У него наверняка есть карта!

– Карта? – замираю с открытым ртом.

И тут же хватаюсь за голову: – Карта! Я сегодня уже штук пять нашла. Правда, они написаны рунами сидов, но что если вы правы, и герцог сумел достать карту Первородного леса на эльфийском или еще каком-то известном языке?

Даггерт удовлетворенно хмыкает:

– Такие карты есть, точнее, были, но их все изъяли и уничтожили, когда после ухода сидов в Лесу начали целыми обозами погибать путники. Прямой тракт через Лес всегда был самой короткой дорогой между Лирровельенором и Драконьими горами, я сам пользовался им не раз.

Но после гибели сидов этот путь стал смертельно опасным.

Пытаюсь осознать его слова. Если он прав, то тогда понятно, почему герцогу Кариону удавалось скрываться в Лесу целый год.

– А у кого были карты?

– У всех. У эльфов, веров, урнвагов. У нас тоже были.

– Вы уверены, что все уничтожены?

– Если бы был уверен, то не выдвинул бы эту теорию. Карты делались именные и магически привязывались к владельцу, а впоследствии должны были перейти по наследству первому в роду. Когда объявили приказ Владыки Леоверена, все владельцы карт собрались в Зале Суда и прилюдно уничтожили свои артефакты.

Того, кто не сделал бы этого, ждало наказание.

– Значит, это Леоверен приказал уничтожить карты…

– Да, слишком многие хотели поживиться сокровищами покинутых Королевских Холмов, но никто из этих любителей острых ощущений не вернулся оттуда.

Вздрагиваю, припомнив свои приключения в Первородном лесу. Если бы не Айренир и Вейрах…

Вейрах!

Меня накрывает внезапное понимание.

– Ваше Величество! – подаюсь к королю. – А у веров ведь тоже были карты? Как их раздавали?

– Каждому альфе в руки.

Но могу поклясться, что предшественник твоего дружка Брейна сжег свой экземпляр. Потому что видел это собственными глазами.

– А если альфа погиб, не оставив наследника?

– Тогда карта перешла бы тому, кто занял его место.

– А если некому занимать? Если официально весь клан погиб, а его название стерто из книги кланов без возможности восстановления?

Даггерт хмурится, обдумывая мои слова.

– Тогда… – произносит медленно, – тогда карту признали бы утерянной.