– А чего тогда Григорий затеял пристройку к хате ставить? – не сдавалась вдова.

– Родители ещё молодые, в силе, а я вырос уж. Неудобно, – снова пожал Матвей литыми плечами. – Да и на будущее тоже подумать не мешает. Пока батя в силе, подготовиться надо.

– Серьёзно Григорий готовиться собрался.

– Это ты к чему? – не понял парень.

– Так у вас пристройка как сама хата будет, – ехидно отозвалась женщина.

– Это я попросил такую поставить.

– Зачем?

– А чтоб там и комната для работы была, и спальня, и для детей комнаты.

– Ишь ты, прям не хата, а хоромы барские, – поддела его Ульяна.

– Придумаю, – отмахнулся Матвей. – Было бы что топить, а уж чем – найду.

– Выходит, не станешь на меня сердца держать, коль я с Харитоном сойдусь? – спросила вдова о самом для себя главном.

– Не стану, – помолчав, вздохнул парень. – У тебя своя судьба, и я ей не хозяин. И драться с ним не стану. Ты только заранее мне скажи, когда у вас чего решится. Я тогда и приходить не стану, чтобы не столкнуться с ним случаем. Не нужно это. Лишнее. Не знает о нас никто, пусть так и останется.

– Как же не знает, – фыркнула Ульяна.

"– Ну, мать с отцом – то понятно. Они никому о том сказывать не станут. Я о других соседях. Или уже проболтался кто? – насторожился он.

– Слава богу, нет. Ты ж приходишь, когда уже спят все, а уходишь, едва светлеть начинает. Да ещё и пробираешься так, что я понять не успеваю, откель взялся.

– Вот потому так и хожу, что сплетен о тебе не хочу, – кивнул парень, бросая быстрый взгляд на окно. – Ладно, милая. Пора мне.

– Завтра придёшь?

– Да. Эту неделю у нас с батей роздых.

– Это что ж вы там такое куёте, что сутками из кузни звон да стук слышно?

– Оружие булатное. А булат, он долгой ковки требует, – коротко пояснил Матвей, не спеша одеваясь.

– То-то я слышала, что оружие то больно дорого, – удивлённо протянула Ульяна, накидывая на плечи шаль.

– Там труда столько, что и сказать страшно. Да ещё и металл в одном нагреве держать надобно.

Иначе или колкий будет, или закалку потеряет. В общем, много там всего.

– Да уж, это не корову доить, – хихикнула вдова.

– Ну, без ума и корову не подоишь, – улыбнулся парень в ответ и, застегнув пояс, тихо добавил: – Завтра жди, милая.

Выскользнув из дома, он быстрым шагом прошёл за угол и, перемахнув плетень, нырнул в облетевшие заросли орешника. Ещё через несколько минут он уже устроился у себя на сеновале и, накрывшись с головой буркой, спокойно уснул. На улице уже заметно похолодало, но до снега ещё было далеко. Только степные ветра стали сильнее, выдувая из сарая любые признаки тепла, так что ночёвки в сене скоро придётся забыть.