Потому что ничего другого от меня не осталось. Он не оставил.

Я сейчас ходила по этой милой квартире на втором этаже и думала, как было бы здорово пожить в такой в одиночестве. Сбежать, затеряться в таком же дворике, в котором никто и никогда не сможет меня отыскать…

— Мне впервые стало тебя по-настоящему жаль, — выдохнула я, отворачиваясь. — Я работаю на Краморова. Даже тебе не выдадут список пациентов, Слава. Не позорь меня, пожалуйста. Уезжай.

Но тут двери подъезда открылись, и на улицу вышел Бесовецкий.

Я не дрогнула. Перевела взгляд с него на мужа и покачала головой.

"

"Слава выпрямился, недобро усмехаясь, а Верес… Он вдруг принял скучающий вид, сунул руки в карманы в своей индифферентной манере и подошел ко мне:

— Надежда Яковлевна, что-то случилось? — И он глянул за плечо Славы. — Вроде машину нормально припарковал. Мешаем?

— Верес Олегович, это — Вячеслав, мой муж, — скривилась я надменно. — Мимо проезжал. Соскучился.

Слава смущенно нахмурился, застывая, но тут же протянул руку Вересу. Вышло это до того неестественно, что я не сдержала смешка. Стало неожиданностью, что Верес с готовностью ответил на рукопожатие мужа.

— Очень приятно, — сообщил равнодушно.

— Анкету заполнили? — спокойно поинтересовалась я у него.

— Да, — даже не замялся он ни на секунду. — Вас долго ждать? А то опаздываем. Краморов звонил, что-то стряслось там.

— Сейчас подойду.

— Хорошего дня, — буркнул Бесовецкий Славе и направился в машину, на ходу вытаскивая мобильник и что-то громко по нему сообщая.

А я многозначительно уставилась на Славу:

— Серьёзно? — процедила ему в лицо и кивнула на подъезд. — Думаешь, я настолько изголодалась, что поведусь вот на это все? Какой же ты придурок…

Я сжала губы в нитку, обошла его и направилась в машину Вереса, чувствуя, как дрожат от напряжения ноги.

«Хоть бы Слава не потребовал, чтобы я села к нему», — билось в мыслях молитвой.

Потому что я не знаю, что ему врать дальше. Слава бы не понял, зачем я поперлась помогать коллеге с договором аренды на квартиру. Тут бы началось выяснение с унизительным расследованием всех обстоятельств, после которого он закроет меня вообще и никуда больше не выпустит.

Я шла к машине, контролируя каждый шаг и вздох, потому что знала — Слава смотрит.

А вот Верес на меня не смотрел. Молодец. Мы вообще сегодня странным образом только и делали, что подыгрывали друг другу, не сговариваясь. Он продолжал говорить с кем-то по мобильному, нервно постукивая по рулю. Для него, скорее всего, вся эта ситуация раскрыла обо мне всё, но я пока что думала лишь о том, как быстрее сбежать. И неважно, что на это скажет Бесовецкий.

— Поехали, — скомандовала я, усаживаясь в машину.

28

Верес завел двигатель и молча сдал назад, выезжая из двора, а я все глядела на Славу. Уделала я его.