Вот появилась какая-то тень — черная, с белыми пятнами. А потом в тусклом свете пещеры возникла жутко знакомая фигура одного из злейших врагов лесных котов.

Барсук!

Глава XXIV

Ежевика затравленно оглянулся, но бежать было некуда — только в воду. Трудный подъем к отверстию в потолке пещеры занял бы слишком много времени, а значит, им все равно не убежать. Горечь вины обрушилась на него холодной тяжестью давешних волн. Своими снами, своей уверенностью он увлек друзей в это гиблое место, где вместо знания и пророчества Звездного племени их ждет ужасная, бессмысленная смерть. К чему теперь вера и отвага, если они заперты в этой пещере, как кролики в норе?

Грачик припал к земле, оскалил зубы и с рычанием пополз вперед, а Ураган двинулся вдоль стены пещеры, чтобы атаковать врага сбоку. Ежевика тоскливо подумал, что друзья идут навстречу своей смерти. Пусть их шестеро, но они голодны, измучены долгой дорогой и битвой с волнами, им ни за что не справиться с барсуком. Очень скоро тупые когти и щелкающая пасть зверя переловят их всех, одного за другим.

Барсук остановился у самого края тьмы, затопившей заднюю часть пещеры. Его могучие плечи были опущены, когти скребли о камень. Барсук покачал головой, словно раздумывая, кого схватить первым; сверкнули белые полосы на его длинной морде.

А потом раздался голос:

— Полночь пришла.

Ежевика разинул рот, чувствуя, как земля уходит у него из-под лап. Этот барсук умел говорить, его речь была понятна, и слова имели отношение к их походу… Сердце его бешено заколотилось, и он во все глаза уставился на зверя.

— Я — Полночь, — голос барсука был низким и скрежещущим, как шорох гальки под волнами. — С вами буду говорить я.

— Мышиный ты помет, а не полночь! — зашипел Грачик. Он все еще лежал на полу пещеры, изготовившись к прыжку. — Только шевельнись, и я выцарапаю тебе глаза!

— Не надо, Грачик, постой…

Гортанный барсучий смех заставил Ежевику замолчать.

— Ишь, какой свирепый! Звездное племя умеет выбирать. Но сейчас не время показывать когти. Будет разговор, а не битва.

Ежевика и его товарищи неуверенно переглянулись, ощетинив хвосты. Грачик первым выпалил то, что было на уме у всех:

— Неужели мы ему поверим?!

— А что нам остается делать? — потупила глаза Ласточка."

"Ежевика снова пристально поглядел на барсука. Этот зверь был немного меньше того, которого они видели у Змеиной Горки, возможно, это был не барсук, а барсучиха. Но это ничуть не делало ее менее опасной. Поверить ее словам означало забыть все, чему его учили с самого младенчества. Однако барсучиха до сих пор даже не попыталась напасть на них; кроме того, Ежевике показалось, будто он заметил веселые искорки в ее глазах.

Он снова обернулся на своих друзей.