Мужчины вышли на улицу, Громов подкурил сигарету и протянул зажигалку Никольскому."

"— Спасибо тебе, Степа, ты очень многое для нее и для нас сделал. Она сияет вся.

Степан лишь кивнул, не видел смысла отвечать. Что он может сказать? Пожалуйста? Он делал это для нее, не для них. Ее родители слишком поверхностно отнеслись к травме дочери, по его мнению, и если Никольский еще как-то старался, хотя он Степан ждал от него большего, помня этого мужчину как прекрасного педагога, то Улькина мать не переставала показывать себя во всей красе.

— Может быть, ты отговоришь ее от переезда? Она и так полгода почти не была дома.

— Вы уверены, что для нее это будет лучше?

— Мы ее семья, она еще совсем девчонка. Я понимаю, у тебя чувства, но пойми и нас, она ребенок и ей нужен соответствующий уход в такой ситуации. Ты сейчас выйдешь на работу и с головой уйдешь в поток дел. Сколько часов в сутки ты будешь находиться рядом с ней? Шесть, восемь? Сколько?

— Я вас услышал. И подумаю. Сегодня мы уедем вместе. Я выхожу в клинику только с понедельника.

— Спасибо за твое понимание.

— И вам спасибо за понимание, — голос стал чуть грубее, и Степан выкинул недокуренную сигарету в урну.

Громов не дожидался Никольского, зашел в дом, лицом к лицу сталкиваясь с собственной мамой.

— Боже мой, как давно я тебя не видела, — миниатюрная женщина обняла сына, — заезжайте к нам завтра, папа вернется из командировки. Не могу больше смотреть на этот театр абсурда, — Громова кивнула в сторону гостиной, — домой пойду.

— Иди, мы забежим, когда будем уезжать.

— Хорошо, мой родной.

18(4)

Оксана Олеговна уходит, а через полчаса в направлении дома стремятся улизнуть и Степан с Ульяной.

Артур Павлович провожает их до машины, пожимает Громову руку, целует дочь, надеясь, что она примет правильное решение и, как только Степан выйдет на работу, вернется к родителям. Машина выезжает за забор, и Никольский возвращается в гостиную.

— Найди в бардачке дистанционный ключ, — просит Громов, и Улька быстро отыскивает его, — на верхнюю нажми.

Улька тыкает на первую кнопочку, и ворота в таунхаус родителей Степы оперативно отъезжают вбок.

В доме Громовых девушка чувствует облегчение, больше не нужно улыбаться маминым подругам, строить из себя железную леди, которая преодолела что-то невозможное. Она понимает, чего добивается мама, Олеся Георгиевна, как и всегда, хочет возвести свою дочь на пьедестал после такого глупого падения мордой в пол. Она вечно любила хвастаться достижениями Ульки, но эта травма поменяла все. Теперь мама хочет вернуть былую славу.

Здесь же, в доме Оксаны Олеговны, Ульяна может быть собой.

Женщина предлагает чай, расспрашивает, как они жили в Берлине, и задает кучу вопросов, которые напрямую касаются Улькиного здоровья.