Красивое, розовое, с длинной пышной юбкой, вот ей-то она тогда и зацепилась за куст малины в саду.

— Наконец-то, мы вас так ждали, — Громова, мать Степана, расцеловывает Улькины щеки, женщина излучает свою радость, нежность, — ты невероятно выглядишь. Такая свеженькая.

— Спасибо, — девушка краснеет, потирая нос.

— Проходите к столу, — хозяйка дома появляется неожиданно, смотрит на дочь, после переводит взгляд к Громову, — мы вас и правда заждались.

— Привет, — Ульяна улыбается маме немного натянуто, она не планировала застолья с чужими людьми, которых сейчас видит. В гостиной мельтешат материнские подруги, а еще она зачем-то позвала балетмейстера, Ульяниного балетмейстера.

Все это вгоняет девочку в тоску, она не знает, куда себя деть, как себя вести. Что мама захотела ей доказать? Зачем устроила это шоу? Она так боялась, что ее дочь не встанет, что теперь готова рассказать об Улькиной победе всему миру? Но она не учла главного — мнения своей дочери.

Пока Ульяна борется с эмоциями, Степа крепко сжимает ее руку, подбадривает. Улька уже давно привыкла, что Степа немногословен, и, если честно, в какой-то момент ей это начало очень импонировать. Он не говорит о глупостях, но всегда дает высказаться ей. Слушает, умеет слышать и, самое главное, понимать. Он понимает ее, чувствует на каком-то неземном уровне. Раньше она думала, что такая связь может быть только между родственниками, как у них с братом, а теперь, теперь знает, что это не так.

Громов — ее человек, настоящий, правильный, принципиальный, он помогает ей справиться с такой сложной жизнью, поддерживает и никогда в ней не сомневается. Думая об этом, Ульяна ловит себя на мысли, что если бы в ее детстве у нее была такая колоссальная поддержка и вера, все могло бы быть по-другому…

— Ты не устала? — Степа склоняется к ней, понижает голос. — Если хочешь, мы можем уехать ко мне, в дом.

— Это будет некрасиво. Нужно немного посидеть.

Степа кивает и отодвигает для нее стул в гостиной, забирает костыли.

Отец сидит во главе, он смотрит на дочь, понимая ее состояние и чувства, он уговаривал Олесю не приглашать лишних людей, но когда его жена кого слушала? Она устроила грандиозный скандал и все равно сделала по-своему.

— Пап, — Улька немного подается в сторону отца, она сидит недалеко от него.

— Что?

— Я, наверное, лучше буду жить у Степы, — переводит взгляд на мать, — мне так спокойнее, и вам проблем меньше.

— Доченька…

— Пап, — девушка сжимает отцовскую ладонь.

— Конечно, милая, как тебе удобней.

Артур Павлович кивает, одаривает дочь теплой улыбкой, а после зовет Громова покурить. Оказалось, что несчастье Ульяны не смогло удержать его от пагубной привычки, он вновь пристрастился к табаку, пытался успокоить нервы.