Ну-ка, карасики, давайте стол накрывайте, сальцэ там попластайте, хлебца там, печенье песочное есть, карамельке, кохве растворимый — кум с «бэдэ» через пехов передал. Давайте, шуршитя воду! Есть в чём кипятить?

Федос достал четыре большие железные кружки и с гордым видом вытащил какой-то чудовищного вида шнур с двумя железяками на конце.

— Вот, кипятильник сам соорудил. Правда, еще не проверял, но должен работать, — с гордостью заявил Саня и двинулся к розетке.

— Эээ! Ты чооо!! — заорали мы в голос с Масловым. Даже я, ни разу не имевший дела с такими штуками, понял, что сейчас может произойти что-то неприятное.

— А чего, он хорошо сделан — провод нормальный, изолированный, вон толстый какой, — начал оправдываться Федос."

"— Прослойка у тя меж головным люком и мозхами толстая, — обвинил Саню в некомпетентности Маслов. — Дай сюды свой бульбулятор! Один — дуйтя за водой, только в банку наберитя. И вообще, сопритя на камбузе пару банок и в одной воду отстаивайтя, а в другой кипятитя. Второй — показывайтя, что у вас за провода есть. И набойки ботиношные давайте, четыря штуки.

Я поплелся за водой, Саня начал шуршать в ящиках стола, извлекая на свет куски провода, металлические набойки и прочую хрень.

Пришлось сперва отмывать банку, покрытую белым налётом, и только после этого набирать воду. Пока я возился с банкой, к моему приходу Маслов соорудил новый «бульбулятор» с четырёх металлических набоек, к проводу уже была прикручена и замотана синей изолентой электрическая вилка, а магнитофон был включен и из динамиков хрипел Гарик Сукачёв, рассказывавший про «сантехника на крыше».

— Прикинь, — шепнул на ухо Федос, — Маркуша-то провод не унёс, он его в отсек для батареек запихал, а мы тупили.

— Вот це дело, — удовлетворенно прогундел под нос Маслов, рассматривая на свет пластины набоек, — а ну давай банку.

Честь первого испытания главстаршина взял на себя. Сунул пластины в воду и спокойно сунул вилку в розетку. Я на всякий случай прикрыл глаза и переместился в угол баталерки, ожидая услышать громкое «Ббббах», в готовности спрятаться от разлетающихся осколков банки. Ничего не произошло, только освещение стало чуть слабее и из банки послышался ровный гул.

Буквально через пару минут вода в банке запузырилась, пошёл пар — кипяток был готов.

— Иди, воду сливай! В ней щас салидола от набоек да всякой хрени полно. Да банку под холодную воду сразу не суй, а то лопне, — отослал меня Маслов, — баталер! Давай стол накрывай, чево рот раззявил, да котелок найди, штобы воду удобнее было переливать.

Обмотав банку ножным полотенцем, я помчался в гальюн, пугая встречных матросов криками: «Паастаранись! Кипяток несу!! Товарищи матросы, в сторонку, пожалуйста!!».