Перед нами проносится ядро катапульты, врезается в опустевшие палатки озаранского лагеря.

Следом за ядром в нашу сторону выстреливают сотни заклинаний, яркие огоньки наполняют воздух. Мы с Ареном одновременно вливаем магию в воздух и формируем сдвоенный щит. Его магию тут же начинает высасывать, но он держится, и мы летим дальше, летим в штаб.

С грохотом и дрожью земли перед армией Культа вырастает новая стена. Отряд из нескольких десятков магов под охраной гвардейцев и драконов в едином порыве поднимает руки, приопускает и поднимает, в такт этим движениям из земли рывками выползают камни, складываясь в стену, тут же разрушаемую вестниками, но это не останавливает попыток магов, и прорыв тут же латается новыми каменными наростами. Среди поднятых рук вспыхивает призванный браслет профессора Имораны, ее темные волосы аккуратно уложены в прическу. Она аккуратна и собрана, словно собралась на урок, а не на войну.

«Почему не отступить в Пат Турин?» — спрашиваю я.

«Там сильнее выкачивает магию, войскам не развернуться, мы будем в ловушке», — Арен уворачивается от ядра, оно отлетает в группу войск, но их прикрывает щит. За ровной ячеечной структурой мелькает знакомая фигура с рыжими космами — магистр Саториус, за ним бегут парни и девушки с щитами. Они отступают к Пат Турину.

Катапульты продолжают обстреливать паттуринский щит, ядра теперь метят в дальние его части. Наконец одно попадает в подточенную выкачиванием магии зону, проваливается на купольную крышу и опаляет ее огнем. Тут же в эту зону устремляются другие ядра. Культисты просто проверяли щит!

В тот же миг острие атаки раздваивается, сотни вестников и более мелких фигур обтекают армию Эерана по флангам.

Арен ныряет вниз, к сборищу существ в сверкающей кристаллами броне. Эльфийские наместники, драконы, короли, мрачные личи с костяными посохами. Среди них — Огнад, мелкие черепки на его посохе дергаются, звенят друг о друга.

Сверху пикирует сереброкрылый Рингран — главнокомандующий от империи.

— Стихийники не справляются, пора задействовать щитовиков.

— Мы собирались оставить их на крайний случай обороны Пат Турина! — перекрикивает гул Беарион.

Нас приветствуют короткими кивками.

Истошно ревут в атаке вестники.

— Вражеские личи пытаются поднять наших павших, — замогильным голосом произносит Огнад, черепки на его посохе трясутся все неистовее, мигают алыми глазками.

— Всех личей на передовую, — командует Рингран. — Не дайте поднимать нежить в наших рядах!

Неподалеку в воздухе открывается золотая воронка и выплевывает в пыль Элоранарра, Риэль, императора, Ланабет, Эрршама, Дариона, Нику, Бальтара, Вильгетту, Ингара, Иссену, Геринха с лютней. У Риэль на плече висит базука, а на поясе — десяток боеголовок.