Задерни чертову занавеску!

На моем лице появляется бунтарская улыбка, и я позволяю лифчику соскользнуть с плеч.

– Кеннеди.

– Это одностороннее стекло, пещерный ты человек! Мы можем смотреть, но то, что внутри, не видно снаружи.

Проходит некоторое время, прежде чем он выдавливает из себя смешок, но тот получается сдержанным и невеселым. Исайя пересекает гостиную, направляясь к бару, где стоит графин с неприлично дорогим виски. Он наливает виски в стакан, прислоняется к стойке и медленно подносит его к губам.

– Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

Обхватив ладонями свою грудь, я слегка сжимаю ее, нуждаясь в прикосновениях.

– Кажется, это очевидно.

Его взгляд прикован к моим пальцам, когда я тереблю свои соски. Он делает еще один медленный глоток.

– Покажи мне.

– Что?

– Покажи, где ты хочешь, чтобы я тебя взял.

Мои щеки вспыхивают, а он откидывается на спинку стула, наблюдая за приватным шоу, пока за моей спиной взрывается фейерверк.

Мои руки продолжают блуждать по груди.

– Твоя идеальная грудь… – говорит Исайя. – Я возьму тебя между сисек и трахну тебя там сегодня вечером. Что-нибудь еще?

Рукой я провожу вниз по животу, позволяя среднему пальцу скользнуть по нижнему белью, слегка дразня клитор.

– Я не вижу, к чему ты прикасаешься, Кен.

– К этому. – Я туго натягиваю трусики, используя резинку на бедрах, позволяя ткани скользнуть между складочками, но все равно не показывая ему всего.

– Подразни.

Мое тело чувствует его оценивающий взгляд с другого конца комнаты, и оно начинает двигаться и раскачиваться само по себе. Его взгляд прикован только ко мне – он не обращает внимания на шоу за окном.

Никто никогда не смотрел на меня так, как он.

Мне никогда так не поклонялись: он меня боготворит. Мне никогда не нужно было задавать ему вопросы, потому что он непоколебим в своих чувствах ко мне.

Я не снимаю трусики, но сдвигаю их в сторону."

"– Избавься от них, – говорит мой муж, прежде чем сделать еще один глоток.

И я прямо перед окном сбрасываю их и оказываюсь абсолютно обнаженной, в то время как Исайя остается на другом конце комнаты, все еще полностью одетый.

Мои пальцы снова находят клитор, и взгляд Исайи переключается туда. Муж улыбается мне так, словно знает какой-то секрет, словно гордится тем, что я стою обнаженная и ласкаю себя для него.

– Тебе нравится делать все, что я говорю, когда ты в таком состоянии, да? Нуждаешься в этом, отчаянно этого хочешь.

Я судорожно киваю.

– Тогда засунь палец в свою идеальную киску и покажи мне, где именно ты хочешь, чтобы я тебя взял.

Так я и делаю, вставляя палец внутрь. Сначала медленно, только на треть.

Он качает головой:

– Еще.

Я продолжаю и покачиваюсь на своей руке с тихим стоном. Другой рукой я хватаю себя за грудь и сжимаю ее.