– Опять здесь, – констатировал Стефан, поворачиваясь к врачу. – У вас в палатах интенсивной терапии всегда дежурят посторонние?

Врач чудом удержал спокойное выражение на лице. Видимо, он умел балансировать на тонкой ниточке, да еще и меж двух огней.

– Папа, – простонала Аврора, но не столько от боли, сколько от усталости: ну сколько можно!

К ней бросились все, но быстрее была мать. Грейс подскочила, шепча:

– Девочка моя!

Доктору не удалось оттеснить мать, поэтому пришлось применить весь свой авторитет и строго сказать:

– Прошу всех покинуть палату.

– Я не уйду! – бескомпромиссно заявила Грейс.

Врач попытался возразить – он был достаточно молод и, вероятно, еще не понял, что с матерями такое не работает.

– Это бесполезно, – предупредил его Стефан, мягко прикоснувшись к здоровой руке дочери.

– Хорошо, – согласился доктор, поднося к уху телефон, – но остальные – на выход.

– Пап, – позвала Аврора. – Расскажи Джеймсу про Мелисенту. – Стефан на мгновение замер, не сразу сообразив, о чем она, а когда понял, то согласно кивнул.

– Мы разберемся, не переживай. – Он поцеловал ее в лоб. – Отдыхай.

Джеймс же под недовольный взгляд будущего тестя коснулся ее губ легким поцелуем и вышел из палаты.

Большую часть пути до особняка Мелисенты в Мейфэр они проделали в тишине. Стефан, как и обещал дочери, рассказал Джеймсу о предложении, которое сделала его мачеха. Никаких сантиментов и деликатности, сухо и по делу. Но и Джеймс внешне не проявил признаков потрясения: он спокойно вел машину, холодной головой анализируя услышанное. Можно сказать, что мужчины – отец и жених – нашли общий язык в тишине.

Ворота перед хозяйским «Рендж Ровером» распахнулись незамедлительно, пропуская во внутренний двор. Ноябрь погодой не баловал, превращая труды садовников и ландшафтных дизайнеров в блеклые пародии на самих себя. Но сегодня утро было солнечным, ясным и холодным, таким же, как и хозяйка этого дома.

Джеймс не звонил и не предупреждал о своем приезде, но был уверен, что все уже проснулись: и мать, и брат. Короткий стук молоточка в парадную дверь, и вышколенный Кристофер чинно открыл дверь, кивнув достопочтимым господам, изволившим почтить дом ранним визитом.

Мелисента во всем блеске утренней свежести сидела на диване с бокалом мартини – рановато для напитков крепче кофе. Спокойный ледяной взгляд, идеальная укладка и надменно вздернутый подбородок – она не была удивлена своим гостям, наоборот, готова к встрече и даже нападению.

Джеймс не стал пренебрегать правилами приличия, поэтому подошел и поцеловал ее в гладкую щеку. Он делал так двадцать пять лет – с привычками сложно бороться. Стефан лишь сухо кивнул. Его, видимо, правила хорошего тона не беспокоили вовсе.