Полагаю, мисс Эштон думает, что вы изменили внешность за последние годы, а быть может, она попросту не помнит, как вы выглядите. Ей дали список имен, среди которых, могло оказаться ваше. Признаюсь, мне претят ее средства, но ее целеустремленности можно позавидовать. И это неудивительно, учитывая, что вы с ней и ее воспитанниками сделали. Ею движет понятная мне месть.

– Лилли Эштон мертва, – глухо произнес старший сержант.

– Вы полагали, что и констебль Хоппер мертв, но вот же он, стоит рядом.

Гоббин процедил:

– Вы лжете: Лилли Эштон мертва.

– Я видел ее, сэр, – ответил Хоппер.

– И говорил с ней. Всю эту неделю я шел по ее следу.

Самоуверенность старшего сержанта развеялась, как дым на ветру.

– Этого не может быть…

– Потому что вы лично сбросили ее за борт парохода «Гриндиллоу»? – прищурившись, спросил доктор.

– Все было не так!

– Сразу после того, как сбросили за борт ее воспитанников?

Гоббин сжал зубы, гневно уставившись на доктора, и тот продолжил:

– Вы задавались вопросом, что мы здесь делаем, мистер Гоббин. Что ж, отвечу: мы пытаемся опередить мисс Эштон в ее попытках до вас добраться.

Она, вне всяких сомнений, убила бы вас, но мы считаем, что вы должны предстать перед судом за то, что сделали. Боюсь, ваш покровитель, господин Сомм, в данном случае вам не поможет: вряд ли он захочет, чтобы на него пала тень от убийства детей.

Гоббин попытался подняться, но тяжелая ладонь Хоппера на плече вернула его обратно.

– Вы идиоты! – воскликнул он. – Я ничего не делал!

– Не имеет смысла отпираться, мистер Гоббин. Мы знаем, что произошло на борту «Гриндиллоу». Знаем, зачем вас нанял хозяин корабельной компании «Чайноботтам».

– Ничего вы не знаете! Вас там не было!

Доктор достал из портсигара очередную папиретку и закурил.

– Развяжите старшего сержанта, мистер Хоппер.

Констебль распахнул рот от неожиданности. Шнырр Шнорринг попятился. Даже сам пленник слегка опешил.

– Чего? – спросил Хоппер. – Вы спятили, доктор?

Происходящее вдруг перестало напоминать допрос, и это констеблю очень не нравилось.

– Он не представляет угрозы. К тому же, вынужден признаться: нас ввели в заблуждение. Полагаю, мистер Гоббин говорит правду: он не убивал детей господина Боттама.

– И этот вывод вы сделали…

– Знаете, мистер Хоппер, меня с самого начала смущала вся эта история. То, что нам рассказали, зияет слишком большим количеством дыр и противоречий. А еще произошедшее на борту «Гриндиллоу» слишком отдает… театральностью. А значит, оно пропитано ложью.

– Теперь я понимаю, – сказал Гоббин, задумчиво глядя на доктора, – как вы умудрялись опережать этих идиотов. У вас есть то, чего нет у них, – мозги. – Он протянул Хопперу руки. – Развязывай.