Натаниэль Доу никогда не испытывал трудностей с общением, если дело не касалось навязчивых личностей, – скорее это у прочих часто возникали трудности в общении с ним: они отчего-то воспринимали его слова, как насмешки или даже оскорбления, хотя он всего лишь говорил то, что думает.

Вот и Гоббин, очевидно, решил, что он над ним издевается.

Сделав несколько шагов к креслу, в котором сидел доктор, старший сержант остановился и в ярости прорычал:

– Вы предлагаете мне присесть в моем же доме?!

– Нам предстоит долгий разговор, а долгие разговоры удобнее вести сидя. К тому же я полагал, что габенские полицейские больше любят сидеть, чем стоять.

Гоббин, казалось, вот-вот разлезется по швам, как тряпичная кукла, из которой пытается выбраться крыса. Гнев сержанта выплеснулся наружу, потек по напряженной руке…

Доктор понял, что гнев этот вот-вот потянет за собой указательный палец Гоббина, и сказал:

– «Чайноботтам».

Старший сержант застыл. Его губы шевельнулись, но он не издал ни звука.

– О, я вижу, что вы меня поняли. Нам все известно, господин сержант.

– Нам?

Доктор глянул за спину Гоббина, и тот резко обернулся.

В нескольких шагах от старшего сержанта, направив револьвер в его лицо, стоял тот, чье присутствие здесь для него было столь же невероятным, как и присутствие доктора Доу.

– Хоппер?! – потрясенно выдохнул Гоббин.

– Опустите револьвер, сэр, – с каменным лицом потребовал констебль.

– Мы думали, ты убит! Где тебя носило?!

– Я раскрыл «Д-об-УК», сэр.

Гоббин выпучил глаза.

– Ты…

– Сэр, я ведь приказал вам опустить оружие. Не заставляйте меня вас дырявить.

– Да как ты смеешь, вокзальная крыса?! Думаешь, что можешь…

Его слова прервал раздавшийся из прихожей влажный чих.

– Кто там?! – крикнул Гоббин. – Покажись! Все выходите, шелудивые псы!

– Сэр, сопротивление бесполезно. Не усложняйте все.

– Усложняю?! Я?! Да кем ты себя возомнил, урод тупоголовый?!

Хоппер, казалось, потерял самообладание.

– Заткнитесь, сэр! Я возомнил себя собой! Констеблем на службе города! И я здесь делаю свою работу! Арестовываю убийцу! Ясно вам?!

Гоббин ошалело выслушал отповедь подчиненного. А затем усмехнулся и покачал головой.

– Что бы ты там себе ни думал…

– Вам ведь сказали, – начал доктор Доу и, когда Гоббин повернул к нему голову, нажал на спусковой крючок инъектора, который до этого прятал под локтем.

Ампула вонзилась в шею старшего сержанта. Тот поднял руку, чтобы вытащить ее, открыл рот, явно намереваясь высказать очередное ругательство, и в следующий миг рухнул на пол.

– Сопротивление бесполезно, – закончил доктор…

…– Вот чего я не могу понять, – сказал Натаниэль Френсис Доу. – Зачем нужны гардины в доме без окон?

– Вас это сейчас волнует? – возмущенно бросил Хоппер.