— А может, я не осмеливался дать тебе хотя бы один шанс! — тихо прошептал он.

— Так нельзя… это не может продолжаться, — решительно заявила Шона.

Дэвид покачал головой и нахмурился.

— Ты считаешь, можно забыть о том, что произошло?

— Ты не понимаешь…

— И не желаю понимать.

— Но ты забываешь о последствиях! — выпалила она.

— На этот раз — нет. Сейчас меня не застанут врасплох. Шона опустила ресницы, но не сумела сдержаться.

— Я говорю не о тебе! — заявила она.

— Тогда о чем же?

Истина, которой Шона не могла поделиться, заставила ее уклониться от ответа.

— Ни о чем.

— Черт возьми, что с тобой? Она яростно помотала головой.

— Ничего.

— Ничего… — пробормотал Дэвид. — Ничто не изменит того, что один из твоих родственников виновен, и я узнаю, кто именно. Проводя ночи на полу, ты ничего не добьешься. И даже если я буду бодрствовать на подоконнике, ничто и ни для кого не изменится.

В мерцающем отблеске огня Шона увидела, как он устремил на нее взгляд, полный гнева, страсти и решимости. Она задрожала, желая, чтобы Дэвид не обратил внимания на ее испуг.

— Если ты намерен и впредь обвинять моих родных и ждать моей помощи, тебе будет лучше сообщить мне, что происходит.

Он улыбнулся.

— Тебе известно, что до сих пор я проводил с тобой каждую ночь.

— Да, я видела цветы и цепочку. — Она вглядывалась в его лицо, по которому плясали тени. — Но зачем ты это сделал? — еле слышно продолжала она. — Из мести?

Зубы Дэвида сверкнули в улыбке.

— Вот именно, — отозвался он. Шона мрачно взглянула на него.

— Пять лет назад я… не хотела соблазнить тебя. Может, это не совсем так, но я не собиралась…

— Ты собиралась именно соблазнить меня, просто не предполагала, что зайдешь так далеко, — напрямик заявил он.

Она покачала головой, отодвинулась подальше и повернулась к нему спиной.

— Я не хотела заманить тебя в ад, в котором ты оказался. Я боюсь твоего отмщения…

— Потому, что мое отмщение, миледи, заставляет вас хотеть меня — так, как я хотел вас, пока не начался пожар.

От этого хриплого голоса жар волной прошелся по телу Шоны. Она с трудом проглотила вставший в горле ком, борясь с подступающими слезами. Нельзя, чтобы он узнал, как она хотела его. Как тосковала без него, как вожделела.

— Пожалуй, лорд Даглас, — прошептала она в ответ, — я не позволю вам с такой легкостью добиться мести. Нет, я не хотела вас — не стремилась соблазнить несколько минут назад и не сделаю этого впредь…

— Вот как? — спросил он.

В его голосе прозвучали странная нежность и нетерпение.

Но прикосновения по-прежнему были решительными и властными, когда он повернул Шону лицом к себе и внезапно прижал к подушке в темноте.

— Значит, я сам соблазню тебя, — хриплым шепотом пообещал он.