По сути близкие Егора поступили точно так же, как Марат — забросали моих родителей подарками и купили их лояльность.

Но за последние сутки я стала намного мудрее.

Несмотря на горький осадок, я и не думаю ссориться с родителями. Как само собой разумеющееся принимаю их поздравления и слушаю дифирамбы Егору. Вкусно кушаю. Искренне радуюсь за детей, которых тискают и хвалят как родных.

— Ты ведь не злишься на мою… предусмотрительность? — интересуется Егор, стоит маме с папой увести детей на прогулку.

— Вначале хотела. — Я встаю на носочки, чтобы дотянуться хотя бы до губ этого нахала. — Особенно, когда заметила на балконе коробку от телевизора и наклейку с ценой.

— Продешевили?

Егор сам наклоняется и целует меня.

— Нет… — Кладу руки на его плечи. — Я теперь просто обязана выйти за тебя замуж и до пенсии отрабатывать свой выкуп.

— Я рассчитывал на отработку и после пенсии.

Боровский — это Боровский! Его руки мгновенно стекают на мой зад, а в живот упирается неутомимый боец.

— Я только что сказала тебе «да». — Приходится отвлечь этого похотливого самца на одну маленькую формальность. — Я согласна.

Словно так ничего и не услышал, он вставляет в правое ухо указательный палец и демонстративно трясет.

— Ты что-то сказала или у меня слуховые галлюцинации?

От улыбки на красивом мужском лице мои бабочки взлетают со своих мест и требуют прямо сейчас заняться любовью.

— Я. Выйду. За. Тебя. Замуж, — произношу я по словам и делаю то, на что так и не осмелилась за всего годы брака с прежним мужем.

Веду этого невыносимого мужчину в свою комнату и закрываю за нами дверь.

Эпилог

Звонок мобильного телефона раздается настолько внезапно, что я выпускаю из рук кондитерский рукав, и шоколадный крем густой кляксой растекается по полу.

— Здравствуйте, — робко произношу я в трубку.

По номеру уже понятно, что это директриса детского сада. Но вот зачем ей звонить в два дня — это загадка.

— Добрый день! Вынуждена сообщить, что у нас проблемы, — Ангелина Павловна сразу переходит к делу.

— Проблемы… Опять? — По спине слизкой змейкой ползет тревога.

— Снова! — тяжело вздыхает директриса.

— Кого на этот раз?

— Мальчика из старшей группы.

— Ох! — Мысленно прикидываю разницу в возрасте и весовой категории. Настоящий великан против моих непоседливых хоббитов.

— Ему не понравилась Пашина прическа, и понеслось…

О том, что именно понеслось, и как оно неслось, можно даже не спрашивать. За последние полгода мы проходили это так часто, что я уже сбилась со счета.

Каждый раз я и Егор верили, что уже конец — все хулиганы детского сада наказаны, и никто не рискнет даже чихнуть в сторону моего сына, как Катя находила нового обидчика и проводила воспитательные мероприятия.

— Сильно? — нервно сглатываю.