Но очередной удар настиг ее: большой валун с немыслимой силой ударил ее в плечо. Кровоточащее сломанное крыло бессильно повисло, и она почувствовала, что падает – прямо на высокую выщербленную башню. Последним усилием Малефисента попыталась сменить направление, но теперь камни уже градом летели в нее со всех сторон, молотя по истерзанным крыльям. Она тяжело рухнула на башню, которая сразу развалилась, и очутилась на земле среди груды обломков. Лианы тут же хищно потянулись к ней и плотно обвили ее тело, стянув челюсти так, чтобы она не могла больше выдыхать пламя. Совершенно беспомощной Малефисенте оставалось только сдаться.

Оберон и его войско были уже рядом. Она чувствовала, как дрожит и осыпается под их ногами земля: еще немного – и они растопчут ее. Чьи-то огромные руки снова и снова шарили среди лиан, пытаясь нащупать ее в переплетении колючих стеблей. Острые шипы пронзали толстую драконью шкуру все глубже впиваясь в истекающую кровью плоть. Она уже не сомневалась, что умрет прямо здесь, как вдруг неожиданно ощутила, что ее тело снова стало уменьшаться. Вскоре она стала такой маленькой, что деревья никак не могли отыскать ее под густым пологом лиан. Малефисента снова стала самой собой – и пусть все ее искалеченное тело болело и кровоточило, зато она полностью владела им. Ей вспомнился тот день, когда лес напал на нее, пока она шла к сестричкам, и как ведьмы призвали ей на помощь тьму, зачернив все небо.

«Призываю всех адских фурий покрыть эти земли черной тьмой и дать мне силу, чтобы одолеть эти мерзкие порожденья природы!»"

"Павшая на землю темнота оказалась такой непроницаемой, что погребенная под лианами Малефисента словно ослепла. «Замрите!» – крикнула она, и лианы мигом оцепенели, оставив широкий просвет – достаточный, чтобы в него прошел огромный дракон. Малефисента бросилась бежать, то и дело уклоняясь от свирепых ударов Повелителей Леса, которые еще пытались отыскать ее среди колючих зарослей. Расхохотавшись, Малефисента ударом своей магии разнесла вдребезги летящий в нее большой камень и наконец дала волю своей ярости, уничтожая все на своем пути, направляя смертоносные волны разрушения во все стороны. Лианы с треском ломались, Повелители Леса вспыхивали как хворост. Взмахивая посохом, Малефисента подожгла еще несколько из них.

Оберон, рыдая, стоял среди остатков разметанного в щепки леса над дымящимися останками самых преданных своих полководцев. Вне себя от отчаяния, он издал тоскливый вопль, который разнесся по всем окружающим землям. От этого вопля с неба пролился дождь, загасивший огонь Малефисенты, но исправить было уже ничего нельзя: Оберон попытался одолеть темную фею – и потерпел поражение.