– Кто мы есть – за нас пацаны скажут! И не только в республике! Мы с Дато Сухумским работаем, когда он в Москву уехал, мы там тоже гастроль давали! Спроси у ореховских, у солнцевских, да у кого хочешь! Только у нас работа по другой теме… На вертолетах летать или по горам лазить мы не подписывались…

– Ладно, ладно, – примирительно сказал Азат. – Тут недалеко, ни стен, ни карнизов, пойдем ножками, а вы получите по пять тысяч баксов. И про вертолет я никому не расскажу!

– По пять тонн?! – Хмурый и Недовольный переглянулись. – Это другой базар!"

"– Пойдем в связке. Солнцезащитные очки не снимать. От меня не отходить. С ледником шутки плохи: раз – и улетишь вниз, даже «кошки» не помогут!

– А куда мы вообще идем? – спросил Хмурый.

«Раз!» – отметил Азат, а вслух сказал:

– Где-то тут самолет разбился. С золотом.

Хмурый и Недовольный переглянулись еще раз. Они понимали друг друга без слов: если найти золото, то зачем им нужен этот фуфел с его пятью тысячами? И баксы заберем, и рыжье… Но почему никому не известный Азат в таком почете у бригадира?

– Слышь, а ты кто? – шмыгнул носом Недовольный. – На блатного не похож, говорить по-нашему не умеешь…

«Два!» – отметил Азат и улыбнулся. Глупые люди, животные, вот как глаза заблестели…

– Инструктор по альпинизму. Никакого золота здесь нет, я пошутил. Давайте, встраивайтесь в связку!

– А вертолет когда вернется? – спросил Хмурый.

«Три!»

– К вечеру. Когда закончим работу, – ответил Азат и зачем-то взглянул на часы.

* * *Бортмеханик зашел в кабину вовремя. Второй пилот уже разделил пачку стодолларовых купюр на три части, и рыжий сразу получил свою долю. Она была достаточно весомой, и он не стал зацикливаться на том, что у пилотов «котлетки» были потолще. В конце концов, они пилотируют, ведут документацию, договариваются с диспетчерами, так что все справедливо.

– Неплохо? – спросил второй пилот и подмигнул.

– Очень хорошо, – кивнул рыжий. – Еще бы почаще…

– Потерпи, на днях опять полетим, – сказал командир.

– Ну и отлично! – широко улыбнулся бортмеханик.

Но им не суждено было куда-то полететь «на днях». Даже довести этот полет до конца они не могли. Потому что их полетное время истекло. Вместе со временем их жизни.

В грузопассажирском салоне раздался посторонний звук – как будто лопнула автомобильная шина. Это взорвался маленький, размером со спичечную коробку, предмет, прилепившийся магнитом к тыльной стороне желтого бака. Слабый хлопок растворился в реве мощного двигателя, они были несопоставимы, так же, как стограммовая коробочка с двадцатью граммами тротила несопоставима с одиннадцатитонным «Ми-8».