Она смеется и целует меня в щеку:

— Ну какой ты гиппопотам? Бегемотик. Жутко привлекательный и очаровательный.

— Спасибо за поддержку, — фыркаю я, — бегемотик звучит гораздо лучше.

И мы с ней дружно смеемся.

— А вообще, Ань, я действительно смертельно устала.

— Давай на диванчик тебе пересадим. Будет удобнее.

— Нет, — отмахиваюсь я, — мне уже нигде не удобно. Как ни сядь, ни ляг, везде живот, и ломит все тело.

— Как тебе помочь?

— Никак. Это уже просто надо перетерпеть. Немного осталось.

Она пересаживается на ближайший стул, обнимает меня за плечи и кладет голову мне на плечо.

— Ты уйдешь?

Только после того, как слышу это от нее, понимаю, что пора.

— Да. Прости, что так рано.

— Не извиняйся. Я понимаю, как тебе непросто вот это вот все, — рваным движением обводит зал, — да еще этот…пялится на тебя все время.

— Хорошо, что не подходит.

— Женька ему запретил, — нехотя признается сестра, — Сказал, что если посмеет к тебе сунуться и расстроить, то он лично ему морду расквасит.

— Хм. Какая свадьба без драки, — философски вздыхаю я.

— Тебя проводить?

— Нет. Иди к мужу. Ведущий вон опять берет в руки микрофон, сейчас что-то будет. А я тихо, по-английски…

Она все понимает без лишних слов, ласково треплет меня по щеке и убегает к Измайлову. Я еще некоторое время сижу, наблюдаю за тем, как ведущий вытаскивает в центр молодых людей и девушек для очередного конкурса. Разбивает их по парам и предлагает сделать что-то дурное и веселое. Краев тоже оказывается среди них, и на том моменте, когда ему в пары достается какая-то смазливая блондинистая пигалица, активно хлопающая в его сторону наращенными ресницами, я отворачиваюсь. А потом и вовсе ухожу, не привлекая к себе внимания.

Я уже не просто чувствую усталость, а задыхаюсь от нее.

Все. Лимит исчерпан. Пора домой.

Гости беснуются в зале, поэтому холл торжественно пуст. Я прохожу мимо высоких зеркал, ловя в них свое отражение. Оно какое-то опущенное и действительно грустное. Возле гардероба останавливаюсь, ищу в сумочке жетончик.

— Так рано уходите? — искренне удивляется гардеробщица, — свадьба такая веселая.

Свадьба веселая и, кажется, я в нее не вписываюсь.

— Режим у нас, — киваю на живот."

"— Режим — это хорошо, — одобрительно кивает, забирает у меня номерок и пропадает среди вешалок с одеждой.

Я жду, устало растирая шею и переступая с ноги на ногу, мечтаю о горячей ванне. Но нельзя. Кругом запреты.

— Вот, пожалуйста, — она выкладывает мои вещи на стойку и снова исчезает среди чужих шуб и курток.

— Спасибо. — я немного торможу и благодарю не ее, а пустое место.

Тянусь к своему пальто, и одновременно со мной его накрывает мужская рука.

— Давай помогу, — от тихого, напряженного голоса за спиной, все мои мурашки бросаются в отчаянный забег.