Хотя бы просто из вредности!»

— Хорошо, травмировать его психику не буду, если он не будет мою, — усмехнулась я.

А про себя подумала: «Просто вряд ли на самом деле я стану это делать. Не в моем это характере!»

В ответ Грасерия кинула на меня взгляд куда более проницательный и мудрый, чем прежде. Явно поняла мои мысли. И вздохнула.

Она провела меня по живописному коридору с черными стенами и постучала в большую деревянную дверь.

— Пусть войдет, — послышался из-за двери низкий и резкий мужской голос.

Новая волна холодных мурашек пробежала по спине. Сердце тревожно забилось. Обладатель такого голоса не может быть добрым и мягким! Да и просто хорошим человеком быть не может!

Что и требовалось доказать…

— Прошу… Помягче с ним, — шепнула мне Грасерия напоследок и открыла дверь передо мной.

С громко бьющимся сердцем, словно и верно была юной девицей, похищенной злодеем, я сделала шаг.

В просторном кабинете с черной, как смоль, изящной мебелью спиной ко мне стоял высокий мужчина. Я видела лишь, что…

Что он совсем не такой, как я ожидала. Почему-то со словом «Темный» ассоциировался невысокий, худой и не очень молодой человек во фраке. Некто вроде Мефистофеля. Этакий желчный бес.

Передо мной же был явно достаточно молодой мужчина. Высокий, мощный — сложенный, как бог. Длинные черные волосы спадали на широченные плечи. А мускулистые руки он, судя по всему, сложил на груди, задумчиво глядя в окно. И одет он был вовсе не во фрак, а в облегающее черное одеяние, нечто среднее между спортивным костюмом и тонкими латами. Парень, похоже, спортивный.

— Неожиданно! — буркнула я.

На несколько мгновений повисла тишина.

— Представься, — не поворачиваясь, вдруг произнес он. Резко и жестко. Фу. — Имя, возраст, прежний род занятий. Я жду.

«Сейчас я тебя убью!» — пронеслось у меня в голове. Вспыхнул гнев, вытесняя всякие опасения.

— А ты не желаешь повернуться и сперва представиться сам?! Не слишком вежливо разговаривать, стоя задом к женщине. И не поздоровавшись. Я жду.

— Ждешь, да? — ответили мне очень ехидно и едко.

Он медленно развернулся.

И я поняла, что… наверное, не следовало давать волю возмущению. Следовало сдержаться. Потому что сейчас меня сотрут в пыль и порошок. Одним взглядом. Ему и мощные руки пускать в ход не придется.

Глаза у него были абсолютно черные, зрачок тонул в радужке и казалось, что его и вовсе нет. Наверное, он был, иначе Темный был бы слепым, но я увидела лишь давящую, убивающую Тьму. Ту самую, о которой пишут в книгах особо пафосными словами.

Тьма пригвождала к месту, давила, словно хотела, чтобы я уменьшилась, размазалась по полу и впиталась в него. Унижала и уничтожала.

Вот и казалось, что сейчас он просто размажет меня одним взглядом.

Волна ужаса прошла по телу.