Наверное, я недооценила этот кошмар — тот, что мне снится. Или в который я попала на самом деле.

Я, конечно, вполне уверенная в себе женщина — жизнь научила не быть размазней — но тут опустила взгляд. Просто чтобы не играть с ним в гляделки. Ведь он однозначно выиграет, увы. Обычный человек просто не в силах терпеть странную злость и безысходность, что притаились в черноте его взгляда.

Ох! И откуда столько гадости во взгляде такого красавца! Потому что в остальном Темный был очень хорош собой. Впечатление, что произвел на меня «вид сзади», полностью подтверждалось «видом спереди».

Мощная мускулистая грудь, сквозь облегающий наряд просвечивают легендарные кубики пресса. Такие можно посмотреть в спортзале или по телевизору — у обычных знакомых мужиков никогда таких не видела!"

"И лицо бога. Строгое, со слегка нависающими бровями, строгим прямым носом, твердо сложенным ртом и волевым подбородком. Выраженные скулы и миндалевидный разрез ужасных глаз придавал ему сходство… пожалуй, с индейцем. Очень красивым длинноволосым индейцем вроде Чингачгука в исполнении несравненного Гойко Митича, который очень нравился мне в детстве, и я утверждала, что вырасту и выйду замуж за него. Эх…

В общем, если бы не эти ужасные глаза и откровенное хамство, я бы сказала, что встретила свою детскую мечту.

— Ждешь, да? — повторило ослепительно-прекрасное чудовище. — Я даже знаю, чего ждешь, — зло и издевательски продолжил он.

И… принялся обходить меня по кругу, рассматривая, как должно быть, рассматривают корову на базаре. Никогда не продавала коров, да и на деревенском базаре никогда не была, но, думаю, рассматривают их именно так. Ну, или лошадок… Надеюсь, хоть зубы смотреть он не полезет.

Руки сами собой сжались в кулаки. Возмущение опять начало сочиться из-под холодной жути, охватившей меня, когда он повернулся.

Но на этот раз я решила быть осмотрительнее. Я не знаю возможностей этого существа. Очевидно одно: если я слишком сильно его рассержу, то он без труда свернет мне шею. Или просто поглотит Тьмой, что прячется в его взгляде, а значит — в душе. Прямое противостояние или прямое воспитание тут не сработают. Нужно как-то тоньше…

Нужно потерпеть. Я-то знаю, что я не корова, и зубы у меня прямые да белые, так что пусть смотрит, не развалюсь. Правда, пока он обходил меня, рассматривая, создавалось ощущение, что он метит меня своей чернотой, словно бы раскрашивает черной краской. Захотелось помыться.

А когда он закончил осмотр, то мне показалось, что в атмосфере вокруг него что-то изменилось. Добрее он не стал. Но как будто бы был доволен.