Изумлённое и растерянное.

Только что Нишай был для него предателем, и вдруг повёл себя как герой — лезет в самое пекло всех нас спасать. Бедный Айнур!

— Быстрее! — поторопил меня Нишай.

Эрлик снова подрос и с новой силой навалился на щит. Полетели камни из катапульты и стрелы охотников. Наши пытались выбить дракону второй глаз.

Я протянул колдуну меч. И он, осторожно ступая, отправился к провалу в огненной стене. Туда, где сплошная чернота не давала понять, есть ли ещё что-нибудь под ногами?

— Стой! — крикнул я ему. — Надо верёвку!

И стал высматривать Сурлана.

Один из охотников понял — смотал с пояса и кинул мне верёвку с крюком, каким всадника сдёргивают с крылатого волка.

Я зацепил крюк за пояс Нишая, а свободным концом верёвки обвязал камень покрупнее.

Пояснил:

— Оступишься — верёвка удержит!

Нишай кивнул и пошёл в черноту."

"— Сколько ждать? — спросил я у Шасти.

Она подумала, порылась в своих сумках — они кучей лежали на камнях — и достала свечу, горшочек величиной с кулак, с жиром и фитильком. Зажгла.

— Это — самая маленькая свеча, — пояснила Шасти. — Бывало, рассказывали и читали заклинания так долго, что она выгорала полностью.

Щит опять заискрил и затрещал под тушей Эрлика.

— Растёт, зараза, как не лопнет, — буркнул Вигра. — Может, вылазку сделаем? Укоротим ему длинный хвост?

Я посмотрел в черноту провала. Верёвка размоталась почти вся. Значит, Нишай дошёл до края и остановился.

Непонятно было, что он там делает и выходит ли у него? Но так или иначе — резину надо было тянуть.

— Мавик, ты отдохнул? — позвал я волка.

Тот вскочил, облизываясь. Кто-то из наших сунул ему кусок мяса — оленины или драконятины — кто его знает, но волк был очень доволен.

— Ты не должен рисковать собой, княжич Камай! — подскочил Айнур. — Ты не имеешь права! Твой отец, правитель Юри!..

— Узнал наконец? — рассмеялся я. — Но я не сын правителя Юри! Ты не в курсе последних событий, Айнур. Срочно найди Сурлана или Ойгона, они расскажут тебе, кто я на самом деле!

— Так это личина? — изумился Айнур. — Ты снова обманываешь меня, заяц?

— Найди Ойгона, я сказал, Сурлан не очень-то красноречив! Быстрей, это важно!

Я кивнул Вигре, и он потащил Айнура к охотникам.

Но только я положил руку на холку Мавика, как из темноты шатаясь, весь в кровище, появился Бурка и уставился на учителя Шани диким, нечеловеческим взглядом.

— Он растёт, — прошептал юный волколак. — Его шкура всё толще, зубы и стрелы почти не причиняют ему вреда.

Шани кивнул, не меняя волчьего обличия. И завыл.

Двое диких волков, отсыпавшихся под шитом за кучей камней, встряхнулись и выбрались на свет щита.

Они раскинули крылья, потягиваясь, и Шасти охнула.