— Садись, перетрём, — сказал я. — Нужно чем-то заткнуть дыру в перевале, иначе Эрлик вырастет так, что никакой щит его не удержит.

Я уселся на камень, их тут валялось в достатке.

Нишай улыбнулся и сел напротив меня.

— Ну ты не пробиваемый, заяц Тенгри, — коротко рассмеялся он. — Как ты понимаешь, кому можно доверять, а кому нет? Посмотри на Айнура? Я же вражеский колдун, меня же рубить надо!

Айнур молчал, но сопел так, словно в животе у него закипал чайник.

— И ты садись, — сказал я ему. — Совет будем держать.

Айнур мрачно зыркнул на колдуна, потом на меня. Вигра быстренько подкатил ему камушек и накрыл своим плащом.

Сам сел на землю.

Подрос парень. Понял, что почести Айнура сейчас немного подлечат и успокоят.

Любопытная и бесстрашная Шасти проскользнула между караванщиками и устроилась у меня за спиной.

Волки плюхнулись на камни. Они даже порычать на Нишая поленились.

Я запоздало понял — звери-то сразу сообразили, что драки не будет, по запаху.

Когда адреналин прёт, люди пахнут иначе, чем мы с Нишаем. Актёр он, конечно, хороший, но…

Нишай улыбался. Он ждал от меня ответа.

А я не знал, что ему сказать.

Да всех я терплю, кроме фашистов и людоедов. Но как это объяснить этому шутнику недоделанному? Человеку другого мира, другого воспитания. Выросшему среди предателей."

"Я вспомнил первую встречу с предателем в этом мире. С Каргилом, который тащил своим отрубленную голову вождя степных волков.

— Клоун, блин, — обругал я колдуна. — Вот на фига ты завёл Айнура?

Нишай молча пожал плечами.

И в самом деле — как он мог не ждать нападения, когда стал «следующим» в очереди наследников? Правила тут простые — раз пошла резня, выжить должен только один.

— Ну так что? — переспросил Нишай. — Как ты решаешь для себя, кому можно верить, а кому нет? Ты же понимаешь, что спрашиваю я не от праздности. Мне это важно, заяц. Очень.

— Тому, кто не присылает мне отрубленные головы, — буркнул я.

Лицо Нишая потемнело от гнева. Я запоздало сообразил, что напомнил ему о смерти матери.

— Да-а, — выдавил он сквозь зубы. — Жалко, что отрезанную голову Адджара и послать теперь некому. Разве что засушить, как напоминание будущему правителю?

— Не верь ему! — прошипел Айнур, подскакивая. — Он тоже отродье Эрлика! Мастер чёрного слова! Непонятно, на чьей он теперь стороне! Что задумал?

Вигра по моему кивку облапил Айнура и почти силком усадил на камень.

Эрлик ревел как резанный, щит трещал, а мы тут — нашли тему. Ну прямо как голодные крысы в яме — выясняем, кого теперь жрать.

Нишай кивнул своим людям на катапульту — и они бросились на помощь охотникам и воинам. Это была существенная подмога.

Я хмуро уставился на Айнура — надо было постараться не заорать на него. У бедняги и так от ЧСВ ничего не осталось.