И ту, что слишком пристально смотрела нам вслед.

Глава 4

— Значит не боишься?

— Ну я же сказала.

— Отлично, — хмыкает парень, но я только сканирую его настороженным взглядом и хмурюсь, — Нам надо подняться наверх, там медкорпус, — указывает пальцем Хан на лестницу."

"— Мне надо, — поправляю я, — не тебе.

— Я провожу, — наступает на меня, а я делаю шаг назад.

— Спасибо, — качаю головой, — но ты же уже показал дорогу, и дальше я уж как-то справлюсь с одним пролетом.

— Ты ударилась головой и тебе может понадобиться помощь. Я к твоим услугам.

— Слушай, — в раздражении выдыхаю я, — э-э-э…

— Марк.

— Вот, да! Марк, мне не нужна твоя помощь. Окей? Без обид, но не нужна. Я благодарна за помощь и все такое, но…

— Почему? — еще шаг ближе.

И меня начинает накалять вся эта ситуация, потому что я будто бы говорю с ним на китайском или фарси. Ему просто сиюминутно что-то приспичило, а мне еще учиться в этой школе два учебных года. И я не хочу проблем из-за местного Кена, на котором уже поставила свое клеймо ревнивая и неуравновешенная Барби.

— Твоей девушке это не понравится. Любой девушке это не понравилось бы, — развожу руками, а потом складываю их на груди.

— Так ты из-за Кристинки паришься или просто так меня бортуешь? — наклоняет голову на бок.

Упрямо молчу, отвожу глаза и еще больше теряю терпение.

— Если первое, то я решу эту проблему. Хочешь?

— А ты? — вздергиваю вопросительно одну бровь и зачем-то спрашиваю я.

— Хочу, — делает еще один шаг, вынуждая меня нырнуть под его руку и поспешно кинуться к лестнице.

Черт знает что творится!

— Тань? — тянет сзади за подол юбки, и, я возмущенно фыркая, бью его по рукам.

— О, ты и имя мое знаешь?

— Не только имя.

— П-ф-ф…

— Блин, да постой же ты!

Но я только стремительно влетаю в медкорпус и громко даю о себе знать.

— Здравствуйте! Мне прилетел в лоб волейбольный мяч.

И тут же надо мной начинает хлопотать школьная медсестра, проверяя мое состояние и задавая бесконечные вопросы.

— Голова кружится? Есть ли звон в ушах? Тошнит? Чувствуешь усталость?

И на все эти вопросы я уверенно отвечала нет, пока Марк Хан сидел на кушетке напротив и сверлил меня своим стальным и непреклонным взглядом. Вальяжно откинулся на стену, нога на ногу и смотрит. Так смотрит, что кажется еще немного и я точно заработаю себе сотрясение мозга или косоглазие, пытаясь не пялиться на него в ответ.

Потому как я уже почти не слышу слов медсестры, что воркует надо мной и пытается приободрить. Нет! Я всеми правдами и неправдами стараюсь не встречаться с ним глазами. Потому что коротит. Замыкает.

Искрит…

Боже! Зачем так человека смущать? За что?

— Танечка, не вижу никаких критических повреждений, но давайте сегодня все же немного передохнем. Ладно? Вот вам освобождение и ступайте домой.