Немного найдется книг, где о любви писалось бы столь откровенно и в тоже время столь чисто и возвышенно, как в романах Элизабет Лоуэлл. Благородство характеров не избавляет героев от острых коллизий в их отношениях, которые держат читателя в напряжении до последней строки. Действие в романах происходит на Диком Западе в эпоху его освоения. Живо написанные авантюрные сцены, утонченная эротика, мягкий юмор и солнечный хеппи-энд делают книгу захватывающим и увлекательным чтением.Впервые увидев человека, которому предстояло охранять ее на пути к старшему брату, изысканная южная леди Виллоу Моран ощутила холодок, пробежавший по спине, ибо от Калеба Блэка просто исходила опасность. Девушка решилась пойти на невинный обман — выдать себя не за сестру, а за жену Мэта Морана. И вскоре горько раскаялась в содеянном, поскольку, проведя с отважным, мужественным Калебом лишь несколько коротких дней, остро осознала, что встретила того единственного, о ком мечтала всю жизнь…

От мужчины исходила опасность.

Смуглый, высокий, суровый, он заполнил собой весь дверной проем. В нем чувствовалась могучая, хорошо контролируемая сила, и одновременно его движениям была присуща грация подкрадывающегося хищника.

«Господи боже мой, — подумала Виллоу Моран, стоя в вестибюле нового отеля «Денвер Куин» и вглядываясь в мужчину. — Конечно же, это не Калеб Блэк… Милейший, богобоязненный мистер Эдвардс не мог обратиться к такому человеку с просьбой отвезти меня к брату».

Ни карие глаза, ни поза Виллоу не выдавали охватившего ее смятения. Она не сдвинулась ни на дюйм, хотя сердце ее готово было выпрыгнуть из груди. Война между штатами научила Виллоу: если девушка не может убежать или спрятаться, ей нужно оставаться на месте, сохраняя максимум достоинства… и держа наготове пистолет в потайном кармане юбки.

Сознание того, что оружие при ней, несколько успокоило Виллоу, как уже нередко бывало в прошлом. Сжимая пистолет, она наблюдала за приближением незнакомца. То, что она рассмотрела вблизи, никак не могло ее успокоить: из-под широкополой шляпы с низкой тульей на нее смотрели умные, проницательные и холодные как лед глаза.

Это был голос уверенного в себе мужчины. Густые усы и щетина на подбородке, которая не скрывала, а скорее подчеркивала его скуластость, еще больше усиливали это впечатление. Впрочем, голос не был грубым. Он был грудным, чистым и могучим, как полноводная река. Вполне можно было попасть под обаяние этого бархатного голоса, этих проницательных светло-карих глаз, этой мужской уверенности и стати.

— Да, я ми… миссис Моран, — сказала Виллоу, чувствуя, как жар приливает к щекам от такой бессовестной лжи. Да, она была Виллоу Моран, но она не была миссис.