Я постараюсь ответить на все интересующие вас вопросы.

– Где вы были в прошлое воскресенье и кто может это подтвердить? – спросил Лев Иванович.

– Я весь день был со своей семьей, и подтвердить это могут моя жена, сын и теща, которая приезжала к нам днем и привезла с дачи вот эти цветы. – Он указал на стоящие в вазе на столике уже повядшие веточки сирени.

– Хорошо, – кивнул Гуров. – А теперь вспомните, где вы находились двадцать восьмого февраля этого года.

– Откуда я знаю! – Парень взъерошил волосы. – Скорее всего, тоже дома. Я даже не знаю, какой это день недели! Может, я был на работе, а может, дома. Но то, что я был в городе, это сто процентов! Я уже года два никуда за пределы области не выезжаю, что могут подтвердить все, кто меня знает.

– Владимир Андреевич, если это так, то не стоит волноваться, – успокаивая Муромцева, мягко сказал Гуров. – Я ведь не предъявляю вам никаких обвинений. Я просто задаю стандартные в таких случаях вопросы. Вот сейчас задам вам последний вопрос, и мы разойдемся, как в море корабли. И может, больше никогда и не встретимся. Так зачем же так волноваться?

– Спрашивайте, – махнул рукой Муромцев."

"– Скажите, вы никогда не встречались и не общались с Алиной Тихомировой?

– С Алиной? Дочерью фельдшера, которая погибла в аварии вместе с моим отцом? Общался. Но это было давно. Последний раз – года два назад. Она тогда сама мне позвонила. Спросила, как у меня дела. – Владимир посмотрел на Гурова. – Поговорили ни о чем, и больше она мне не звонила.

Глава 32

Генерал Орлов, как всегда, выполнял свои обещания. Утром, когда Крячко пришел в кабинет, на его столе лежала записка с просьбой зайти в отдел криминалистики и забрать готовые заключения. Станислав изучил все записи и, в принципе, остался доволен результатами. Хотя судмедэксперт не написал в своем заключении ничего нового, да и баллистическая экспертиза только подтвердила, что стреляли в замминистра из того же оружия, что и в остальных Данилиных, но интересным Крячко показался тот факт, что на притоптанной траве, где предположительно стоял убийца, была найдена капелька крови. Совсем маленькая, но вполне достаточная, чтобы определить группу крови. А группа эта оказалась весьма редкой – четвертой отрицательной. Специалисты, отдавая Крячко заключение, заявили, что отдали образцы крови в биолабораторию на выявление ДНК, но анализ будет готов только через две недели. Но и то обстоятельство, что теперь следствию была известна группа крови убийцы, давало надежду на то, что дело стронулось с мертвой точки.

Глаза при чтении нудных отчетов закрывались у Станислава сами собой, и ему приходилось время от времени тереть их, чтобы отогнать накатывающую дрему.