– Да, весь в меня. Я в его возрасте такой же был, – ответил парень и представился, протянув Гурову руку: – Владимир Андреевич Муромцев.

– Полковник Гуров из Главного управления МВД, уголовный розыск, – представился Лев Иванович и увидел, как удивился при этом молодой человек. – Я по поводу гибели вашего отца, Муромцева Андрея Викторовича, – пояснил он.

При упоминании имени отца лицо мужчины помрачнело. Он отвернулся и посмотрел на фотографию, которая стояла на полке у него за спиной.

– Я не понимаю, – проговорил он. – Отец погиб во время аварии три года назад…

– Да, я знаю, – перебил парня Лев Иванович. – Дело в том, что человека, который был виновен в этой аварии, недавно убили, и мы, расследуя это убийство, пытаемся выяснить обстоятельства, которые бы могли привести к этой смерти. Вы меня понимаете?

– Нет, не понимаю, – заявил Владимир Муромцев, глядя в глаза Гурову. – Когда моего отца тоже, можно сказать, убили, никто почему-то не интересовался обстоятельствами, которые привели к этой смерти. Отчего-то следствие мало интересовало, что тот, кто убил моего отца и еще одну женщину, фельдшера «Скорой помощи», был пьян, что у него было отягчающее его вину обстоятельство. Следствие вообще мало что интересовало, даже то смешное наказание, которое получил этот подонок. А теперь, когда его кто-то убил, вы начинаете искать его убийцу у меня в доме?

Лев Иванович видел, что парень все больше и больше злится, видел, как его кулаки сжимаются, и он, Лев Иванович, понимал его, понимал его справедливый гнев, понимал всю правдивость его слов, которые он высказывал жестко и сухо. Гуров поднял ладонь, останавливая речь Муромцева, и тот, сдерживая себя, подчинился, но не перестал смотреть зло и осуждающе.

– Да, я пришел узнать, есть ли у вас алиби на прошлое воскресенье, – ответил Лев Иванович, глядя в глаза Муромцеву. – Это часть моей работы, которую я выполняю, и, думается мне, выполняю так, как положено. Мне жаль, что вы лишились отца при столь трагических обстоятельствах, но у меня сейчас иная задача. Дело в том, что кроме Глеба Данилина, который стал виновником той трагедии, были убиты и его родители. Приемные родители. Сначала мать, а вчера – прямо на похоронах сына – был убит еще и отец. Они-то никак не были виноваты в гибели вашего отца. Поэтому давайте спрячем эмоции поглубже и просто ответим на мои вопросы. Хорошо?

Лев Иванович высказал всю тираду на одном дыхании и только после этого вздохнул. Он видел, с каким трудом Муромцев пытался взять себя в руки, чтобы не ответить резкостью. Минуты две молодой мужчина боролся с чувствами, но потом, закрыв на секунду лицо ладонями, выдохнул, сел в кресло, что стояло напротив дивана, и спокойным голосом сказал:

– Спрашивайте.