В этот момент из далёких камышей на излучине донеслись крики:

- Господин сержант! Тут еще один! И этот живой, кажись!

- Живой? – не поверил своим ушам Яр. – Аккуратней тащите! Бережней!

И побежал к ним вдоль берега, слегка прихрамывая на одну ногу, покалеченную в давнем сражении.

Вытащенный из воды солдат действительно оказался жив. И даже не сильно ранен – по крайней мере внешне заметно было лишь разорванное ухо да пару царапин. Ну и огромная шишка на затылке. Из-за неё он, видимо, и оказался в воде среди мертвецов. Некоторое время был без сознания, чудом не утонул, а потом пришел в себя, ухватился за плывущую корягу, но так и болтался на ней, не находя сил ни выплыть, ни позвать на помощь. А потом корягу прибило к береговым камышам, там его и нашли мужики. Повезло.

Когда Яр прибежал на место, спасённый уже сидел, поддерживаемый сзади одним из мужиков и даже пытался приложиться к услужливо предложенной ему фляге.

- Кто таков, из какого подразделения? – сходу взял командный тон Яр.

- По какому праву командуешь? - спасенный оказался не так прост, - на рыцаря ты не больно-то похож.

- Сержант Яр Глаз, ветеран пограничной службы, тринадцатая порубежная когорта. Доволен? Теперь твой черёд представляться.

- Ну раз сержант, - хмыкнул спасённый. – А меня Зюмой зовут. Числюсь строевым ратником в роте капитана Харкеля. «Стойкие черти» - слыхал, небось?

- Наёмник, значит…

- Есть такая профессия – родину защищать, - улыбнулся ратник Зюма, - а если родина за это благодарит звонкой монетой, то зачем отказываться?

Яру не понравился новый знакомый. Оно и понятно – у солдат подневольных, набранных в армию по рекрутскому призыву, отношение к наемникам всегда было нехорошее. Воспринимали их как разбойников и головорезов. Нередко в кабаках возникали драки между солдатами регулярной армии и свободными ратниками. По наглой роже спасённого было видно, что он тоже не воспылал к Яру особой симпатией. Однако ситуация сложилась такая, что теперь нужно забыть старые предрассудки и пытаться сотрудничать.

- Переоденешься в сухое, похлебаешь горячего – и быстро в шатёр нашего барона. – строго приказал Яр. – И до той поры лишнего никому ничего не болтай. Всё понял?

- Как не понять, господин сержант, - осклабился Зюма. – Всё исполню, буду рад постараться! И переоденусь, и поем с превеликим удовольствием!

- И не болтать!

- И не болтать, так точно!

Глава 13

- Мы есть Хрум! – рявкнул главный, заставив заткнуться свору голосов, спорящих в голове. Или не в голове? Настоящая-то голова сейчас спрятана глубоко – в середине грудной клетки, под толстым костяным панцирем. А то, что сверху выглядит как голова, на самом деле лишь обманка. Ну и вдобавок, конечно, орган для наблюдения - ведь там по-прежнему остаются глаза да уши, ложные и настоящие.