Позже появились и другие Звери, но начало положил именно он, Хрум.

Громкий протяжный звук боевого рога заставил встрепенуться. Хрум открыл еще несколько дополнительных глаз, распахнул верхние ушные раковины, принюхался. Сотня умов, заключенных в общее сознание Зверя, проанализировала хлынувший поток информации буквально за мгновенье. Ситуация на поле боя выглядела кристально ясной – близился момент перелома, а значит, пора приготовиться – скоро его выход.

Имперское войско оказалось не таким уж большим и грозным, как некоторые ожидали. Разумеется, это были не основные силы, а лишь армия Юго-восточной провинции. Однако всего-то пять-шесть тысяч бойцов, из которых большинство – наспех обученные ополченцы – скромно даже для провинциального войска. Ах да, немало самых опытных и боеспособных воинов пограничной стражи погибло раньше. Мы уничтожили их, напав одновременно на все форпосты вдоль линии имперской границы. Меньше, чем за неделю подавили последние очаги сопротивления, и двинулись дальше на север, по вымощенной тесаным камнем главной дороге. Противник попросту не располагал временем на сбор более значительных сил. Потому и выполз навстречу с тем, что смог наскрести за столь короткий срок.

Позицию их командиры заняли грамотную – на возвышении, ощетинившись линией укреплений из наспех сооруженных волчьих ям и частоколов. Прикрыли массу ополченцев тяжелой пехотой, приготовили конницу для оперативного реагирования. Но вся эта наука из учебников им не сильно помогла. Многочисленные, как саранча, воины великого похода хлынули на врага кипящей лавиной. Завалили ямы собственными трупами, кое-где остались висеть, нанизанные на острые колья, но не опозорили дело Нгарха – первым же штурмом смели линию укреплений. Прошли по спинам товарищей к вершине холма, связали битвой основные имперские силы, лишив их малейших возможностей для манёвра.

Однако клинки из черного стекла, каменные палицы и костяные наконечники – слишком слабое оружие против стальных лат. Даже с поддержкой Нгарха, когда враги паникуют, спотыкаются и промахиваются. Это не поединок в чистом поле, где проворство и удача важней стойкости и тяжелой брони, здесь дикие охотники разбиваются о плотную стену щитов и гибнут, силясь найти в ней трещину. Потому боевой рог трубит новый сигнал – пришла пора вмешаться Зверю.

Загрохотал клешнями и броневыми пластинами, с рычанием бросился вперёд, сотрясая землю тяжелой поступью, Третий Зверь.

Засвистел и зашипел, наводя ужас, быстро пополз в сторону врага Второй Зверь."

"Не издав ни звука, но растворившись в воздухе и став почти невидимым, вступил в сражение Первый Зверь – Хрум.